Рассвет над мрачной долиной был особенно ярким и светлым, контраст которого подчеркивал тень бездны за пределами лагеря драконов. На востоке появился первые лучи солнца, освещая белую пыль на земле вокруг умирающего всадника и его поверженного дракона. Это был день новобранца — самый трагический для всей армии....
«Это же ты поставил идиотское условие не влюбляться», — напомнила я.
«Ты все еще смотришь», — он заставил себя опустить взгляд в тарелку.
«А от тебя трудно отвернуться».
Я скучала по его губам на коже, по его телу, когда оно касалось моего. Скучала по выражению его лица, когда он видел, как я вся рассыпаюсь на кусочки от блаженства. Но больше всего скучала по чувству, с которым он обнимал меня во сне.
«Я держу руки и воспоминания при себе, потому что ты так попросила, а ты меня раздеваешь глазами. Это нечестно».
Я уронила вилку — и все за столом обернулись ко мне.
— Все в порядке? — Рианнон подняла бровь.
— Ага, — я кивнула, не обращая внимания на подступивший к щекам жар. — Просто прекрасно.
Лиам поставил стакан, перевел взгляд от меня к Ксейдену и покачал головой, подавляя улыбку. Ну естественно, он знал, что происходит. Ему надо было бы быть совершенно слепым, чтобы ничего не заметить, — ведь он помогал Ксейдену и Гаррику принести мне новый гардероб.
«Я же попросил не пялиться».
Теперь в его голосе чувствовался смех, но лицо оставалось непроницаемым, как всегда.
От чистой досады я постучала вилкой по тарелке. А знаете что? Ну на хрен. В эту игру можно играть и вдвоем.
«Если бы тебе просто хватило мужества признать, что между нами что-то есть, я бы разделась догола, чтобы ты видел меня всю. И когда ты бы начал умолять, я бы встала на колени, расстегнула твои кожаные летные штаны и обхватила бы губами твой…»
Ксейден подавился.
Теперь все головы в столовой повернулись к нему, и Гаррик хлопал его по спине, пока Ксейден не отмахнулся и не сделал глоток воды.
Я ухмыльнулась, заслужив где-то шесть недоумевающих взглядов от нашего стола — и вид Лиама, показательно закатившего глаза.
«Ты меня погубишь».
* * *Оставалось всего десять дней до выпуска, и для меня каждый тянулся бесконечно. Скоро я наконец узнаю, как далеко от Басгиата отошлют Ксейдена. Большинство новых лейтенантов назначали на службу на форпостах посреди страны, у дорог, ведущих к пограничным укреплениям, но если учитывать мощь Ксейдена… Даже не хотелось представлять, как далеко он может оказаться.
И он так и не признал, что между нами что-то есть. И даже намеком не показал, что не сожалеет о той ночи. Мне бы хватило.
«Не влюбляйся в меня…»
Я почувствовала знакомый холодок на затылке — и поняла, что Ксейден вошел в зал инструктажа с остальными кадетами и командирами.
Профессор Девера перешла прямиком к сегодняшним сводкам, но мне было трудно сосредоточиться.
