В глубинах собственной памяти прячется таинственный пролог, словно капля воды в бескрайней звезде небес. Ничего подобного я не помню, но образы и чувства крадутся обратно, будто невидимые руки расшнуровывают замок надежды. Здесь царит атмосфера безудержной тьмы, где каждое слово обретает вторую жизнь в душевном огне, и каждый звук — откровением к темным измерениям....
Как долго он еще сможет продержаться в этой схватке?
* * *— Что вам угодно? — осведомился Лефевр, открывая дверь камеры.
— Я все-таки хочу, чтобы вы кое-кого предупредили.
Комиссар кивнул:
— Кого?
— Моего дядю.
Он достал блокнот и ручку из кармана куртки и приготовился записывать.
— Его данные, прошу вас.
Сандра не могла решиться.
Спасти ему жизнь, еще раз.
Это означало приговорить Рафаэля и его брата. И Джессику. Странная боль сжала ее сердце.
Никогда не предавай меня. Слышишь, никогда!
Да, она слышала.
— Итак? — Комиссар начал терять терпение.
— Патрик Лесаж.
— Его номер телефона?
— У него нет стационарного. Номер мобильного ноль шесть одиннадцать…
Лефевр посмотрел на нее:
— Я вас слушаю!
— Подождите…
Сандра сосредоточилась, вспоминая номер второго телефона, который папочка все время держал при себе. По его настоянию ей пришлось выучить этот номер наизусть.
Неотслеживаемый мобильный, как тот, что он дал ей с собой.
— Ноль шесть одиннадцать одиннадцать ноль один двенадцать.
— Вы, кажется, не слишком уверены, — отметил Лефевр.
— Да, это он, теперь я уверена.
Полицейский записал номер.
— Я распоряжусь, чтобы его предупредили о вашем аресте.
Сандра и не думала его благодарить, он закрыл дверь и исчез в глубине коридора.
Она вернулась на скамью, внезапно лишившись всякой энергии.
По крайней мере, он поймет, в чем дело.
Рафаэль умрет.
Женщина уже оплакивала его.
* * *Она звала его на помощь. Ее голос становился все слабее.
И Рафаэль кивнул. Вильям только этого и ждал.
— Хватит, мы позвоним!.. — заорал он. — Прекрати это, ублюдок!
Крики наконец прекратились. Теперь послышались стоны. Одна дверь захлопнулась, другая открылась.
— Вы со мной разговариваете? — спросил папочка беззаботным тоном.
— Хрен с тобой! — сплюнул Вильям. — Будет тебе твой чертов звонок!
— Будь со мной повежливее, хорошо, сынок?
Вильям хотел бы ему ответить.
Довольный тем, что все снова оказалось под его контролем, Патрик протянул Рафаэлю телефон. Преступник отказался его брать.
— Аспирин, — сказал он просто.
— Ну же, Чемпион, не держи меня за болвана, прошу тебя.
— Я не хочу, чтобы ты и дальше мучил малышку. Так что я сделаю твой гребаный звонок.
