– В общем, саперы разбежались, а мне отвечать за имущество. Ладно, идите по своим делам, молодой человек.
Я уговорил капитана пойти с нами. Он согласился, вручив нам самое ценное из имущества: два аккумуляторных фонаря и набор хорошего плотницкого инструмента. Мины и дорогущую спираль Бруно бросили в воду, так как разводить костры вблизи переправы категорически запрещалось. Патрули не успевали проверять всех, зато без лишних слов били из автоматов в самый маленький костерок.
Капитан взял мою команду под свое начало. Это мне не понравилось. Однако он сумел уговорить коллег по профессии, саперов, пропустить нас через мост. Если бы не он, пришлось бросать наполненную повозку. Нас легко пропустили на правый берег, зато очень неохотно дали разрешение на обратный рейс.
Капитан Гай Георгий Яковлевич оказался для батальона ценным человеком. Мне не слишком ставили в заслугу мои собственные дела, зато вспоминали на совещаниях как придачу к опытному, всегда спокойному саперу.
Летние дни сорок второго года казались тогда бесконечно длинными. Каждый вмещал в себя множество разных событий. На следующее утро нам выдавали денежное довольствие. Я пошел больше из любопытства. Казалось странным, что начфин, похожий на бухгалтера, пересчитывал возле штаба деньги. К нему выстроилась небольшая очередь. Он нашел в списке мою фамилию, я расписался в ведомости, расчерченной химическим карандашом. Положил в нагрудный карман между комсомольским билетом и красноармейской книжкой червонцы и рубли.
Немцы пока не проявляли активности. Дали нам возможность разобраться с деньгами, позавтракать ячневой кашей с мясом и лишь затем принялись методично бомбить переправу. Самолеты по-прежнему налетали мелкими группами, иногда поодиночке. Бомба разорвала тонкую нить понтонов. До нас доносился гул растерянных голосов, люди торопливо расходились в разные стороны.
Капитан Гай в сопровождении двух помощников обходил окопы, давал короткие дельные указания по маскировке. Мы рубили, мочалили лопатками заросли ивняка, втыкали кусты над брустверами. Он забраковал часть окопов, которые первая рота выкопала в голом песке, и приказал перенести их ближе к лесу. Видимо, он имел полномочия от комбата, никто с ним не спорил. Со стороны не подумаешь, что капитан Гай находится в батальоне со вчерашнего вечера – очень уж уверенно выглядел свежевыбритый сапер с планшетом и довоенной кожаной портупеей. Тыкая пальцем в нашу сторону, заявил, что ходы сообщения – это хорошо, а песочные игры ничего не стоят.
– Если выкопали такие глубокие норы, то укрепляйте их кольями.
Старшина Шмаков слушал капитана и утвердительно кивал. Полдня мы снова копали, вырубали единственным в роте топором молодые клены, пригодные для кольев.