Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
После горячего супа снова ели арбузы, я уже не удивлялся такому резкому переходу от войны к миру. Из степи дул прохладный ветер, мы сбились вокруг небольшого костра, болтали обо всем понемногу, затем Шмаков приказал мне установить посты. Я это сделал с удовольствием, так как хорошо выспался.
Следующий день оказался тяжелым и едва не закончился гибелью взвода.
Он не сменил из-за плоскостопия рваные парусиновые туфли. Гражданская обувь, клетчатая рубашка и винтовка на плече. Кушнареву не требовалась присяга, он уже входил во вкус армейской жизни, командовал отделением, оглядывался внимательно по сторонам.
За долгий путь отступления Шмаков, дядя Захар и я уже приобрели какое-то чутье. Нас встревожили степные галки, те же вороны, только поменьше размером. Они летели большой стаей, то опускаясь, то поднимаясь выше, и кричали. Их спугнули с поля, где они кормились. Удивительно, что мы не услышали звук моторов, а среагировали на птиц. Шмаков принял, как всегда, быстрое и разумное решение.
– Захар Леонтьевич, веди людей вон туда.
Он показывал рукой на промоину, которую пробила в степи талая вода. Глубокий узкий овраг петлял между холмами и мог служить укрытием. Вместе с собой он оставил меня, Кушнарева и Тупикова. Младший лейтенант успел взять у кого-то из парней винтовку. Мы отходили последними, держа наготове оружие.
Вначале показался вездеход разведки, за ним на небольшой скорости прошли несколько грузовиков с брезентовым верхом и пушками на прицепе. Мы успели отбежать от дороги метров двести и залечь среди высокого ковыля, который укрывал нас. Грузовики прошли, установилась тишина.
– Вот черт, откуда они здесь взялись? – спросил младший лейтенант, ни к кому не обращаясь.
Значит, не врали бойцы, которые торопились сдаваться. Мы продолжали наблюдать за дорогой, понимая, что это не передовые части. Немцы всегда пускали вперед танки, а здесь прошла артиллерия. Следом двигалась пехотная часть. Солдаты шагали с непокрытыми головами, каски висели на поясе. Лица завоевателей покрылись пылью, шагали молча, видимо, выдохлись от долгой ходьбы. Всего проследовали четыре ротных колонны. Нам повезло, что их командиры вели роты по дороге, а не спрямляли расстояние, тогда бы они неминуемо наткнулись на нас.
Затем появились бомбардировщики, что удивительно, наши, советские. Одномоторные «СУ-2», с круглым стеклянным колпаком позади пилотской кабины, сбрасывали бомбы и обстреливали колонны из пулеметов. Когда самолеты выходили из пикирования, вел огонь кормовой стрелок из стеклянного колпака. Шесть машин действовали слаженно, я невольно вспоминал уничтожение эшелона под Сталинградом. Тогда напали шесть «Ю-87» и наделали немало бед.
Сейчас успешно мстили наши «сушки».
