Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На ватной штанине, пониже ягодицы расплывалось кровяное пятно, торчали клочья ваты. Через несколько минут они миновали зону обстрела и бессильно свалились в старый окоп.
– Зачем в машину стрелял? – спросил Андрей.
– Пусть сами на руках своих подранков таскают. Глянь, сильно меня задело?
Ермаков расстегнул ремень, спустил ватные штаны.
– Задело не сильно, но удачно. Таких, как ты, надо в задницу чаще бить.
Напарник, улыбаясь, просил свернуть самокрутку и рассуждал, что за летчика они отомстили. Мало того, что трех фрицев срезали, а еще машину из строя вывели.
– Так и запишем, сожгли немецкий грузовик, – сплюнул Андрей. – Что ты ему одной пулей сделаешь? Хватит отдыхать, пошли.
Максима отправили в санчасть, а в блиндаже замполита Щеглова собрали вечером снайперов. Встретились прежние знакомые по учебным курсам, кого-то недосчитались.
Замполит полка, который когда-то был оцарапан пулей на позициях восьмой роты, прибавил к ордену и медали ленточку за ранение. Те, кто знал историю с парадным визитом Щеглова на передовую, в сопровождении целой свиты, насмешливо переглянулись.
Андрей вспомнил, как злился после пережитого страха Щеглов и послал без подготовки бойцов уничтожить тот злосчастный дот.
– Рана-то зажила, товарищ полковой комиссар? – участливо спросил на правах старого знакомого Ермаков.
Щеглов заулыбался, словно встретил лучшего друга. Сообщил, что немного полечился в санчасти, но отлеживаться ему некогда, дел хватает. Вот командир поручил навести порядок среди снайперов, определить главные задачи, а у замполита полка и без этого дел хватает. Молодежь каждый день прибывает, с каждым надо побеседовать, подбодрить.
К Ермакову приблизился бывший начальник снайперских курсов лейтенант Чумак, обнял за плечи, шепнул:
– Рад тебя живым видеть. Не обучил я вас толком. За две недели по верхам прошлись, в дело как следует не вникли. Гибнут ребята, уже несколько человек из нашего взвода убили.
– Брось, Николай Васильевич, учил ты нормально, но две недели, конечно, не срок. Да и не бывает на войне без потерь, – отозвался Андрей. – У меня напарника сегодня ранили.
– Это тот, который конопатый? В роту с тобой напросился.
– Он самый. Максим Быков.
– Ну, и как напарник?
– Так себе. Чего с него возьмешь, опыта мало. Но не трус, надеяться в бою можно, только одергивать почаще надо.
Замполит полка, Илья Харитонович Щеглов, с выражением прочитал объемистый конспект, составленный кем-то из помощников и сдобренный вырезками из газет.
Рассказал присутствующим обстановку на фронте, которая в последнее время явно улучшается. Фашистов отбросили от Кавказа, держится героический Ленинград, ну, а про Сталинград и говорить нечего. Сломала о славный город свои зубы хваленая армия Паулюса.
