Тянул здесь срок еще один вор по кличке Енот, по характеру — родной брат Майдана. Тупой, как три хуя вместе, и вонючий, будто у него в жопе хуй гниет. Управлять массами он не умел и не хотел. Он уже повидался со мной, дал понять, что власть на зоне ему не нужна, лишь бы жил сыто и спокойно. Я дал понять, что жить будет хорошо, не обижу.
— Начальник, не будут мусора наглеть, не будут зеки бузить, — сказал я.
Обещать что-либо мусору — неприлично. Но мы поняли друг друга и как бы подписали договор о ненападении, который помог мне без особых напрягов оттянуть срок, а хозяину — дослужить до пенсии.
Вор среди зеков выполняет функцию государства — милиция, суд и прокурор в одном лице — тех, кого ненавидит больше всего. Люди не могут жить без закона. Вор и поддерживает порядок. Его власть ограничивается только воровской сходкой (съездом партии). А на сходке важно, как у тебя ботало подвешено. Можешь творить, что угодно, лишь бы умел отпиздеться.
Ужинают как-то воры в камере за столом. Вдруг выскакивает мышь, хватает кусок колбасы и на срыв. Молодой вор с отменной реакцией успел угадать в нее шленкой. Старый вор и наезжает на него:
— Она ведь украла, значит, наш брат-вор, а ты ее убил. Срок тебе до утра отмаз придумать, иначе под нары загоним.
Молодой вор утром выдает:
— Если она вор, почему не села с нами?! Западло нас считает?!
Держится власть вора на желании многих заиметь ее. Каждый блатной ждет-не дождется того дня, когда сам будет распоряжаться чужими судьбами. Если б еще умели это делать. Дай человеку власть — сразу все говно из него полезет. Взять хотя бы такую мелочь, как общак. Стоит себе тумбочка в бараке и каждый кладет в нее, что может. Это на грев блатным в буре и другие подобные дела, своеобразная касса взаимопомощи. Распоряжается общаком вор. Хочет — сам все схавает, хочет — поможет нуждающимся. Ни перед кем, кроме сходки таких же, как он, не подотчетен. Тот же Енот часто забывал, как сам сидел в тигрятнике, десятый хуй без соли доедал, а его из общака подогревали. Мир зоны — подлейший мир. Робин Гуды там редкость, даже среди воров в законе. Я не злоупотреблял властью, привык к ней с детства. А может, раньше молодцу все было по плечу, а теперь все стало похую.
Народу набилось столько, что можно было подумать, будто день рождения у жены не бывшего, а действующего первого секретаря обкома КПСС. Кое-кто пришел потоптаться на трупе, но большинство — из-за его жены. Все понимали, что такая баба с нищим жить не будет. Король умер — возьми меня королем! По подаркам можно было судить, у кого какие на нее виды. Они еще не знали, что она уже пришла к выводу: хуй на хуй менять — только время терять. Я тоже отметился, хотя получу Эльвиру, даже если откажусь от нее.