Автор
Стюарт Дрейк знал свою идеальную невесту — не красивой и некрасивой, но состоятельной. Его требования к супруге были четкими: безумно богата она или даже небольшими деньгами, ее характер мог быть не слишком мягким, но обязательным условием был неоспоримый статус.
– Но почему они были спрятаны? Их нарисовал Пьетро?
Шарлотта беспомощно покачала головой.
– Он был скорее скульптором. Правда, иногда писал картины. Но у него никогда не хватало терпения делать эскизы.
Стюарт склонил голову набок, изучая профиль человека, явно призывавшего войско к наступлению.
– Возможно, он собирался написать шедевр? И в порыве вдохновения сделал эти эскизы?
– Кто посчитает это сокровищем, кроме самого Пьетро? – фыркнула Шарлотта.
Но тут Лючия протянула руку и ткнула пальцем в герб геральдического штандарта.
– Ангиари.
– Что такое Ангиари?
– Ангиари, – пояснила Лючия, многозначительно глядя на Шарлотту. – Как знает всякий флорентиец, знаменитая битва древних времен, в которой Итальянская лига, возглавляемая Флорентийской Республикой, победила миланскую армию.
Шарлотта насторожилась. Пьетро, как и Лючия, тоже был флорентийцем и очень этим гордился.
– Магистрат заказал две фрески в честь победы: одна – битва при Ангиари, вторая – битва при Кашине. Вторую должен был создать Микеланджело, но он написал только этюды.
– Что вы хотите этим сказать?
– Утеряна безвозвратно. – Лючия щелкнула пальцами. – Утеряна. Краски отсырели и попросту сползли со стены.
Все четверо снова повернулись к рисункам. На них поражали тщательно проработанные детали, даже набухшие вены в ноздрях коней были как реальные.
– Думаете, это он? Леонардо? – тихо спросила Шарлотта.
Лючия пожала плечами.
– Не знаю. Его эскизы копировали многие художники. Даже в те времена Леонардо считался великим.
– Так это и есть сокровище? – Вцепившаяся в руку сына Амелия благоговейно воззрилась на рисунки. – Боже, сколько это может стоить?
– Если это Леонардо, он бесценен, – ответила Лючия, садясь.
– Это возможно? – спросил Стюарт Шарлотту.
Та поколебалась.
Мог ли Пьетро наткнуться на бесценные эскизы и спрятать их, чтобы не пришлось делиться? На последнее он вполне способен, а Меркурий – идеальный тайник.
– Не знаю, – выговорила она наконец. – Но мне трудно в это поверить. Когда я была его женой, в коллекции не было ни одного подлинника. Одни подделки."
"– Что же, это объясняет историю с вашими драгоценностями, – пробормотал Стюарт, отнимая руку.
Рисунки тут же свернулись в рулон.
– О чем вы? – поразилась Шарлотта.
