В уютном уголке усадьбы среди роз, где прячется лишь приглушенный свет за высокими кирпичными стенами и заботливыми деревьями — здесь он видит себя, словно со стороны, бездыханным и неподвижным. Видит, как охрана неспешно приходит на пост и начинает суетиться только утром, когда уже поздно. В этом тишине и отчаянии чувствуется мрачная атмосфера заговора и нежданной ужасающей реальности....
– Потому что явился этот блуждающий ушкуйник!.. Айдора не предупредила... А может, это все-таки она? Зельем опоила, завела и отдала ушкуйникам на расправу?.. За то, что имя ее забыл?
Софья Ивановна опять вздохнула:
– А говоришь, не такая, как другие...
– Нет! Она не могла! Она зелье дала, чтоб я ее больше уже никогда не забыл!.. Но откуда взялся этот боярин? Встал и глядит на нас! Я взгляд его почуял... Ну и отвел глаза. Не отвел бы, ничего бы не случилось!.. Айдора у меня из рук выскользнула и исчезла! Где теперь искать?
– Не знаю, – серьезно проговорила мать.
– Той штольни нет! Когда мне Айдора приснилась, я в тот же день вспомнил и стал выяснять. Оказывается, горный надзор давно вход подорвал. Из-за туристов, чтоб не лазили. Там кого-то уже завалило...
– Не надо было взгляда отводить!
– Да ведь этот воевода ушкуйников с ножом на меня! Зарезал бы!.. Я от него камнями отбивался! И пока в башку не попал, все прыгал вокруг, как бешеный! Рычит, ножом машет.
Софья Ивановна полюбовалась сыном – ладный был такой в форме, красивый...
– Ты кому-нибудь про это рассказывал? – однако же спросила строго.
– Нет еще, мам...
– И не вздумай!
– Почему? – обескуражился Глеб. – А как я стану искать Айдору?
– Не знаю... Но про свои приключения лучше помалкивай! Особенно про Айдору.
– Как же молчать, мам?! – снова воскликнул он и пригасил голос.
