Автор
Совсем рядом, а ты ничего не знаешь — вот какая реальность ждет тебя дома. Просторная комната выставляет перед Машей Григорьевой все свои грязные открытки жизни: фанерные щиты и пыльные рулончики бумаги, скрытые за углом сизым ночным окном. В этом уютном лабиринте ты будешь размышлять о себе, где каждый предмет может стать свидетелем твоего поведения....
Григорьев тревожно косился на часы, на стеклянную дверь и уже собирался нажать отбой, когда тишину прорвали ясные долгие гудки.
* * *– Это мой телефон, – объяснила Маша. – Господи, какое у вас сейчас смешное лицо! Это всего лишь телефон, а не кошка. Да, слушаю, – ответила она в трубку по-русски.
Потом тут же перешла на английский, заговорила быстро и тихо. Арсеньев понимал только отдельные слова."
"– Нет… Я в порядке… Это почти центр… еще нет… неплохо, но все красное и отвратительный душ… Пока ничего определенного, я просто попросила, и все, не надо делать никаких ужасных выводов… да, обещаю… что у вас с голосом? Вы не спали всю ночь и много курили… нет, я отлично слышу.
Саня подумал, что наверное, универсальное английское «you» в данном случае все-таки обозначало «ты», а не «вы». Она говорила с кем-то очень близким. Ему стало интересно, с кем именно, но он ни за что не решился бы спросить. Он слушал и чувствовал себя неловко. Он ведь не предупредил ее, что понимает по-английски.
– Как раз сейчас я у него дома… трудно, но возможно… что? Точно такой? Ты шутишь! Белый, с голубыми глазами? Это судьба. Я тебя поздравляю… Твой Христофор в детстве был тоже настоящий бандит. Ты сам мне рассказывал… нет, просто устала и хочу спать… да, хорошо, обещаю… Я поняла, не волнуйся, я все поняла…. Нет, я не одна сейчас… не могу… Целую тебя, я сама позвоню, – она отложила телефон и улыбнулась Арсеньеву.
– Неужели у вас в Америке еще кто-то курит? – спросил он.
– Есть такие мерзавцы, – она весело подмигнула. – Но с ними будет скоро покончено. А вы, Александр Юрьевич, оказывается, знаете английский.
– Понимаю совсем немного, но говорить почти не могу. Учил в школе, потом в университете.
– Вы закончили юридический?
– Да. Скажите, а Христофор – это человек или животное?
– Это белый котенок с голубыми глазами.
– Ваш?
– Почти.
У Сани с языка чуть не сорвался следующий вопрос, он сам не понимал, почему ему так важно знать, с кем она сейчас говорила, и почему так не хочется, чтобы этот кто-то оказался ее бойфрендом или вообще мужем.
– Нет, вы все-таки замечательно говорите по-русски. Совсем легкий акцент, очень приятный. Если бы вы не сказали, что прилетели из Нью-Йорка, я бы решил, что вы из Прибалтики.
