Автор
На заднем сиденье его машины он увидел маленького цветка — розовый календула, как он называл это на своем языке. Несмотря на опасность, он не мог перестать изучать этот цветок, даже когда влечение к нему стало таким сильным, что оно прорастало глубже сердца и раздавалось в мускулы его рук. Это был зловещий трюк судьбы — цвести в ладонях умершего шерифа, которого он считал своим другом....
Макс честно старалась успокоить Луэллу, но сама была готова расплакаться, поняв, что больше никогда не увидит подругу. А слезы, видимо, были заразительны, потому что другие девушки тоже заплакали.
Диган, что-то раздраженно шипя, схватил Макс за руку, чтобы оторвать от Луэллы и вытащить из комнаты. Но девушки последовали за ними, заливаясь слезами.
– Не смей делать ей больно! – крикнула Луэлла.
Диган не остановился, но тон его был зловещим:
– Не волнуйтесь, мисс Доусон получит ровно то, что заслужила.
Глава 16
– Мы едем в Батте, – объявил Диган ей на ухо.
Мы?!
Они были в квартале от борделя. Макс немедленно перестала отбиваться, но так и не поняла, что он затеял. Почему не мог сказать ей раньше? Хотя бы два дня назад, когда они выходили из номера отеля?
Когда-нибудь неразговорчивость выйдет ему боком!
И он не только пробудил в ней надежду, рассчитывая, что она прекратит сопротивление, но и повел ее в конюшню, за лошадью. Макс успела лишь обнять Ноубла и порадоваться, что он снова с ней, прежде чем Диган схватил ее и связал ей руки.
Она подождала, пока Хелена останется далеко позади, прежде чем дала волю любопытству:
– Ты не поладил с шерифом Хелены? Поэтому везешь меня к другому?
– К вечеру мы будем в Батте.
– Это более ста миль отсюда!
– Скорее, пятьдесят, может, немногим больше. Если читала заметки маршала, знаешь, что Малыша Кейда видели в Батте.
– Так ты намерен собрать всех троих, прежде чем засадить тюрьму?
Он не счел нужным ответить, а Макс поняла, что он не ответил и на два предыдущих вопроса. Будь у нее в руках поводья, она немедленно остановилась бы. Но такой роскоши ей не дано. Она решила, что всякие разговоры с ним вызывают не только злость и раздражение, но и причиняют одни неприятности, потому замолчала и просто наслаждалась тем, что пока еще не сидит в тюремной камере.
Лошади шли рысью, так что без устали проскакали довольно большое расстояние. Они ни разу не отдохнули и не свернули с дороги. Весь последний час в желудке Макс урчало, но она продолжала держать язык за зубами и намеревалась молчать, пока он сам о чем-то не спросит.
