В доме разливался мир — шуршание воды в раковине, свист поварины приготовления пищи и её мягкое звучное пение. Здесь родители создавали атмосферу уюта и гармонии, в воздухе царил спокойный свет. Книга не начинается с привычных заголовков — просто об этом доме и его дарах....
Иногда Катя приходила сама, и мы просто лежали вместе, обнимая друг друга. Я утыкался носом в её волосы и вдыхал аромат полевых цветов и уюта, до последнего не веря, что это действительно правда. Катя водила пальцами по моему лицу и шептала своё сумасшедшее: “Мой Давид”.
Однажды я попытался пошутить, что она просто в тайне любит другого мужчину, на что она надулась, обиженно заявив, что я так ничего и не понял.
-Ну и как я должен это понимать? - снисходительно уточнил у неё. - Что меня высекли из дефектного куска мрамора?
-Дурак, - фыркнула Катя, целуя меня в шею, из-за чего моё дыхание не забыло сбиться.
И что я мог ей на это сказать? Только и оставалось, что крепче обнимать её и каждый вечер чинно укладываться на свой диван. Стас с Ромой за этот период знатно отточили свой навык пускать остроты.
Спас нас сам Ваня, наткнувшись в очередной раз на меня, спящего на неразобранном диване.
-Чё вы как маленькие, - совсем по-взрослому заключил он.
Катя тогда вспыхнула, как помидор, а я подумал, и вправду, чего это мы, и перетащил свою подушку обратно на кровать, ну и себя заодно.
С Ваней мы вообще как-то быстро нашли общий язык… заново. Наверное, потому что я не пытался ему быть отцом, прекрасно понимая, что место уже занято. Зато мы научились неплохо так дружить, почти каждый вечер устраивая шахматные турниры.
С Катей же всё было чуточку сложнее.
Со Славой она развелась. Как всегда, пыталась сделать всё правильно и максимально удобно для всех, но вышло всё равно нервно и некрасиво, когда бывшие муж и жена устроили разборки прямо на крыльце суда.
Мои же Черновы приняли наше желание жить вместе стоически.
