В глубокой тюрьме, освещенной единственными потрескавающими факелами, царит мрак и одиночество. Твёрдые кандалы не дают окровавленному телу отлипнуть от холодной стены, на которой сотни ран уничтожают кожу. Голос дьявола Демьяна прорывается через зловещую тишину, заряжая страшным насмешливым призывом....
Я сказал лишь то, что для охоты на тупое зверьё много ума не надо. Это совсем другое, — проговорил хитрый граф, взял розданные крупье карты и продолжил, насмешливо косясь на меня: — Много ума требуется для того, чтобы жить в роскоши и самому не гоняться по ночам за зверьём. К примеру, я содержу три отряда охотников."
"— Ну, не все же родились в роскоши. И с чего-то нужно начинать зарабатывать капитал. А быть охотником вполне прибыльно, — произнёс Матвей Петрович, поправив монокль.
— Вы правы. Не все родились в роскоши, — кивнул граф, уверенно кроя карты мужика с залысинами.
— Двадцать, — сказал я и с улыбкой добавил: — И ещё несколько дней назад у меня не было ни машины, ни поместья, ни работы, ни своей команды охотников, ни магического перстня В-ранга. В этот город я явился в стоптанных ботинках. А нынче у меня есть всё вышеперечисленное.
— Боюсь представить, чем вы будете обладать к концу недели, если за пару дней обзавелись столькими вещами, — весело сказал Матвей Петрович и с хохотком добавил: — Может, императору уже пора переживать за свой трон? Ха-ха.
— Не думаю, — процедил граф, исподлобья глянув на меня колючими глазами.
— Что-то мы сильно отвлеклись от игры, господа, — подал голос мужик с залысинами. — Так мы до утра этот кон играть будем.
— Мда, действительно, — согласился Матвей Петрович и швырнул несколько купюр крупье. — Поднимаю ставку.
Игра пошла быстрее. И теперь я сознательно больше выигрывал, чем проигрывал. Пачка денег передо мной постепенно росла, а в глазах графа ровно с такой же скоростью росло раздражение. И ставки тоже росли. А как мы все знаем, игра по-крупному всегда привлекает зрителей.
К нашему столу потянулся народ, чему я был совсем не рад. Люди, конечно, не заглядывали в наши карты, но все же мы их прятали и лишний раз не смотрели. Поэтому Аким уже не мог подсказывать мне, какие у кого карты.
— А вы неплохо играете, Ратников. Уж явно лучше, чем я, — проронил Вербов, стоя чуть в стороне от меня в обществе других дворян. — Кто не знает, господа, это мой друг, известный охотник Артур Ратников. Да-да, тот самый! Хотите расскажу, что я увидел, когда приехал к прорыву, который зачищала его команда?
— Хотим! Хотим! — заголосили люди.
