В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
— Про отца не подумал?
— Игорь, ты издеваешься? Ему за полтинник, а я только-только закончил универ! Всяко он лучше бы за себя постоял… Ну я так думал… Про маму забыл.
— Господи… Какая сучка. Такая грязь…
— Тварь…
Пнув пустую бутылку, Женя вдруг взял меня за руку.
— А Яна? Почему ты с ней жесток? Она не такая. Была не такая. Яна настоящая. Я когда встретил ее в твоей приемной, не поверил, что ты еще не оприходовал. Но теперь… Как ты мог?
— Женя, давай на чистоту — ты хоть раз доводил ее до оргазма?
— Да.
— Не ври! Обвиняешь меня в насилие и при этом врешь.
Он насупился, я понял по шумному выдоху.
— Нет. Она фригидна.
— Серьезно? — я не смог сдержать смешка. — Ладно, извини. Дело не в тебе, а в физиологии. Ее рецепторы утоплены глубоко во влагалище. От другого секса она просто не кончит.
— Ну а клитор?
— Затёрт. Ты же лизал ее, видел, что он оголен.
— Я не подумал… Даже наоборот, решил, что куни — самое её.
— Нет.
— Кстати, где она? Сколько уже сидит одна? Надо как-то объясниться…
Я тоже словно очнулся.
— Охуеть, ты урод, — протянул Женька. — А я еще подумал, откуда ты знаешь, кому я и что лижу.
Я хмыкнул и тут же матюкнулся.
— Стас, твою мать! Уволю, блять.
Мы с Женькой ринулись из кабинета, но в двери он вдруг задержал меня.
— Оставь ее мне? А? У тебя будут еще, много. А я никого не хочу. Мне нужна Яна. Отступись по-хорошему?
Наверное, мою рожу перекосило, потому что когда я произнес заготовленные слова, Женька уже знал их смысл.
— Не могу, она моя.
* * *Но у Яны было другое мнение. Мой ангел шипел в нашу сторону отборным матом и брыкался ногами, не подпуская ни меня, ни Женьку.
— Хотел снять с тебя наручники, но понял, что поговорить без них не получится, — проговорил я у нее над головой.
Яна тут же подняла голову вверх и процедила.
— Сними. Скованной я тоже говорить не буду!"
"Стас слишком буквально исполнил приказ, приковав Яну к полотенцесушителю, подальше от шлангов, стеклянных полочек и прочих опасных предметов.
— Я уезжаю.
— Невозможно, — отрезал я.
— Мне плевать. Я уезжаю.
Никогда еще не видел её такой упёртой и решительной. Где моя Яна? Хотя, когда она послала меня, стоя на коленях перед вздыбившейся ширинкой, тогда она тоже была решительной и упрямой…
— Пока ты в статусе невесты Жени — остаешься в моем доме, под охраной.
