В предвкушении шагов — каждое слово приближает нас к невероятному взрыву чувств. В эти моменты я не могу больше ждать и держу её за талию, стремясь ближе. Теплый шепот в ухе, призрачное мгновение дыхания, когда каждый шаг становится предвестником сильного желания. Я касаюсь её идеально округлой груди, готовящейся к поцелуям....
Тут ожил Женя, опустился перед ней на колени и обнял ладонями лицо.
— Яна, тебе нельзя уезжать, не разобравшись в ситуации…
— Руки убери.
Он отпрянул, с недоумением посмотрев вверх, на меня. Я пожал плечами. Да, эта малышка с рожками. За год я немного усмирил чертёнка, что даже сам забыл, какой она может быть. А вот брат с этой стороной Янки не знаком.
— Яна, я отстегну тебя, мы перейдем в спальню и поговорим.
— В спальне я больше ни с одним из вас разговаривать не собираюсь!
— Хорошо.
— Ненавижу тебя!
Я снял с нее наручники, руки плетьми упали вниз и она застонала.
— Давай помогу, — Женя как дурак, схватил её затекшие руки, и Яна вскрикнула от боли.
— Отойди, — подвинул брата, взвалил на плечо Яну и понес в комнату.
Ночники разгоняли темноту, оставляя нас троих в сумерках. Мы с Женькой сидели возле лежащей Яны по обе стороны и каждый растирал ей руки, под аккомпанемент тихих охов и стонов.
— Яна, заткнись, если не хочешь получить двух здоровых похотливых самцов в постели.
— Сам заткнись, — промычала она в ответ, а мы с Женькой переглянулись.
— Если готова, давай обсудим?
— Нечего обсуждать, — тяжело вздохнула она. — Вы, два богатеньких придурка, воспользовались наивной девочкой. Поиграли на двоих, поржали за спиной. Но достаточно. Я уроки с первого раза усваиваю. Хватит. Я увольняюсь и уезжаю. И я больше не невеста.
Я потянул ее за руку, заставляя принять сидячее положение, потом подхватил и пересадил к спинке, прежде чем нависнуть и заговорить.
— Всё? Теперь послушай меня. Вчера по всем каналам опубликована твоя фотография в свадебном платье, объявлена помолвка с Кельмером. За воротами дежурят журналисты в надежде поймать горячие сплетни. А в течение недели кто-то из нечистых на руку конкурентов выйдет на тебя и твою семейку, чтобы потрясти нас, Кельмеров, пользуясь тобой как наживкой.
Яна сглотнула, поперхнулась и закашляла.
— Жень, дай ей воды. А ты слушай дальше. У тебя есть только один шанс не стать пешкой в чужих руках — останься здесь под охраной.
Жадно выпив воду, Яна не глядя, вернула бутылку Жене.
— То есть, остаться пешкой в ваших руках? Раз они не чужие, а уже поимевшие меня со всех сторон, то это уже не так опасно?
— Не передергивай, — поморщился я, но Яна уже переключилась на брата.
