Как дым мог притупить голод?
Робин наверняка просто оправдывал свою пагубную привычку подобными сантиментами.
– Ты опять выглядишь как несносный мальчишка, – он взъерошил рукой волосы Александра, – с таким внешним видом ты потеряешь девственность в лучшем случае – как герой вчерашнего фильма.
– Сорок лет – мизер для истинного мага.
– Мизер… а если будешь так заумно говорить, то вообще – никогда.
Думский скинул ладонь с волос и сделал еще один шаг в сторону темного, заставленного доспехами, увешанного картинами и гобеленами коридора, укрытого ворсистым, но давно уже вытоптанным ковром.
– Один против четырех, Алекс? – Робин затянулся и выдохнул дым через нос. – В прошлый раз мне и Анастасии пришлось два дня дежурить у твоей постели.
– О Локи, покровитель темного лицедейства, – возвел очи горе Робин, – зачем ты наделил этого вундеркинда такой любовью к блохастым кошакам?
– Они мягкие и пушистые. И совсем не блохастые! – насупился Алекс. – А еще они не убегают от меня, когда я их глажу.
– Не убегают, – улыбнулась подошедшая сзади Анастасия. – Иногда меня пугает, как в этом семилетнем…
– В почти восьмилетнем, – исправилась со все той же улыбкой на устах и в глазах русская ведьма, – мальчике могут уживаться гений черной магии и… восьмилетний мальчишка.
– В черных, блестящих доспехах рыцаря тьмы, – добавил Робин. – Бойтесь его – он ужас, летящий на крыльях ночи, и…
– И это не “Утиные истории”! – перебил Думский. – Я смотрел в интернете! “Черный Плащ” – это отдельная серия мультфильмов!
– О, много ты понимаешь. – Робин ткнул его пальцем в лоб. Он всегда так делал, когда хотел что-то донести до Алекса, но не мог подобрать нужных слов. – Ладно, помнишь, как я тебя учил?
– Первое – всегда следить за ногами. Второе – не пускать никого за спину. Третье – правильно рассчитывать УЕМ так, чтобы даже после драки осталось в запасе. Четвертое…
Перед лицом Алекса сверкнула рука Робина.
– Это что еще такое?!
– Я вижу, что блокнотик. Зачем он тебе?!
– Я записывал туда твои уроки.
– Проклятье, долбаный ты…
Оставшиеся оскорбления и маты Робина потонули в звонком, заливистом смехе Анастасии.
– Я буду звать тебя Шелдоном Купером. – Она обхватила мальчика со спины и начала тискать.
– Перестань… меня… сюсюкать… – пытался вставить хоть пару слов Думский.
– Ладно, жена, отпусти сына нашего на ратные подвиги.
– Я тебе не жена, – показала язык Анастасия, – а сына не отпущу.
– Если не жена, то он что, рожден во грехе?
– Нет, просто не от тебя.
– О Локи! За что?! Моя не жена мне изменяла! Радует хоть, что нагуляла такого очаровательного вундеркинда. Дай-ка я его тоже потискаю.