В ритме сначальной боли в голове и неясного вкуса во рту девочка пытается справиться со своими страхами. Ей всего одиннадцать, но мир вокруг кажется мрачнее ее собственной души: отца-убийцы, непонятных видений и страшных тайн сибирских мест. Этот роман о маленькой героине, пытающейся выжить в безумии подростковой жизни....
Ведь понимает: это элементарно — выявить тех, кто в нужный период загремел на долгий срок, и взять на заметку. Мог и прекратить убивать, почему бы и нет? А теперь сорвался. Мог сменить место жительства, а потом вернуться. Могли измениться личные, семейные обстоятельства, мог заболеть. Нужно выяснять, случались ли в других регионах подобные преступления. Раньше девочки просто пропадали. Он их держал у себя в подвале, по лесу не разбрасывал. Сейчас у него нет надежного логова, поэтому мы нашли труп. Нужно форсировать расследование, Виктор Анатольевич, привлекать все силы.
— Во-первых, твое озарение никакой не документ, — в принципе, справедливо заметил Хатынский. — Никто не позволит нам делать выводы на основе твоих детских якобы воспоминаний…
— Так ищите тела! — воскликнула я. — Район известен — помогу. Не факт, что он вытаскивал их в лес, чтобы зарыть. Это риск даже в безлюдном месте.
— Поучи нас, как выполнять работу, — проворчал Хатынский. — Допустим, я тебе верю. Люди Горбанюка обязаны об этом знать. Этот чертов приезжий тоже должен знать. Представляю, какая вонь пойдет, если мы утаим от него эту информацию. Поручу-ка это дело тебе.
— Как скажете, товарищ подполковник.
Хатынский выразительно указал на дверь.
— Уйди, Вахромеева, прошу тебя. С тобой даже не помрешь нормально…"
"Потом он обвинял меня, будто я накаркала. Не прошло и часа, как у дежурного зазвонил телефон. Снова труп, снова ребенок… Опера и криминалисты умчались на место происшествия, а я сидела на своем рабочем месте и чувствовала, как погружаюсь в какой-то беспросветный кошмар. Заброшенная свиноферма неподалеку от деревни Урбень.
