Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
А что делать с кучером… Как быть?
В конце концов решили, что адвокат останется ночевать в доме Симена, Хейке, как обычно, ляжет в сарае, а Винга отправится с Эйриком и переночует в комнате Кари. Кучер тоже переночует у Эйрика. Никто не возражал. Адвокат только смущенно вздохнул.
— Разговоры отложим до завтра, — решил Хейке. — А сейчас — спать!
Менгер сел в кровати. Словно через силу, подбирая слова, спросил:
— Если у вас такие… гм… могущественные связи в потустороннем мире… Почему вы не воспользуетесь их помощью в деле против Снивеля?
— Да! — подхватила Винга.
— Что это еще такое?"
"— Моя мама, не отмеченная, не обладающая никакими способностями, иногда видела их в Гростенсхольме. Ну, не совсем серых человечков, конечно. Тетушка Ингрид звала их маленьким народцем, но мама возражала, говоря, что многие из них совсем не такие уж и маленькие. Эти существа быстро прятались по всем темным щелям и закоулкам, как только она входила в помещение. Потому-то она и прозвала их серыми человечками.
— Подожди немного, — остановил ее Хейке. — Во-первых, никто из наших предков не может сам, напрямую, связаться с живым существом. Общение может происходить только с помощью или, если хотите, при посредничестве меченых, или избранных. Скажем, через меня. Тебе, Винга, они никак не могли помочь. Во-вторых, мне ничего не известно про этих серых человечков и я не могу их вызвать.
— Погодите, — адвокат был совсем сбит с толку. — Эти серые человечки… они тоже ваши предки?
— Нет, — встряла Винга. — Это нечто совсем другое.
— А кто же они?
— Понятия не имею.
— Восхитительно, — промямлил Менгер. У него на лице было ясно написано, что он начал жалеть о том, что взял на себя защиту этих безумцев.
Впрочем, нет. Для него это — единственный шанс покончить со Снивелем.
А вот в этом-то он сомневался. Судья Снивель прибегнет к любым средствам — призовет на помощь воров и ловкачей. Не побрезгует самыми отпетыми!
По правде говоря, Менгер не был уверен, что их жизням не угрожает опасность. За свою жизнь он, конечно, тоже боялся, но ему осталось так мало…
Однако как легко дышится! Наверно, от растирания.
