Внутренние просторы тесной избушки погружали меня в мир кошмарного искушения и острой погони. Свежий воздух с запахом дерева и свечи заставлял дышать глубже, а старая кровать, отзывчиво шурша под моими движениями, напоминала об умиротворяющей обыденности жизни.
Знала бы раньше, не стала бы сдерживаться до последнего…
— Хочу быть свободной, — прорыдала я. — Жить своей жизнью… без жучков, камер и над… надсмотрщиков… ууууу…
— Разве это свобода — бежать, прятаться? — Мягко увещевал Гелиан. — И откуда странные мысли про жучки? Ты будешь заниматься, чем захочешь, обещаю. Никто не посмеет встать на твоем пути… любимая моя девочка…
Он говорил что-то еще успокаивающим тоном, слов я не разбирала, но интонация магическим образом усмиряла внутренний шторм. Неужели сила суккуба может действовать и так? В итоге я настолько наплакалась, что просто лежала на его груди и смотрела в пустоту.
— Что-то мешает, — буркнула еле слышно.
— Прости, Медок, — без раскаяния отозвался он. — Я всегда остро реагирую на твою близость… начиная с подросткового возраста. Даже раньше.
Тут до меня, наконец, дошло. Апатии как не бывало. Прочь с коленей, прочь. Теперь понятно, что было не в порядке. Его твердое и неоднозначное… желание, которое отчетливо ощущалось моими ягодицами. Он меня хотел. Только меня? Или это просто постоянное состояние суккуба?
Последняя мысль была откровенно неприятной.
— Не будешь больше плакать? — Уточнил Гелиан.
— Буду, — проворчала я. А что? Раз нашла оружие, которое его пробивает, значит, надо пользоваться. Но только не сейчас. Просто потому, что расхотелось.
— Не надо, — искренне попросил он даже без насмешки.
— Надо, — еще больше утвердилась в своем решении я.
— Ну ладно, — скорбно вздохнул суккуб. — Придется утешать. Иди на коленки, Медок…
— Нет, — Мой замах он легко перехватил и потянул на себя, заставив завалиться.
