Автор
В бешенстве и растерянности ждет лифт — мир вокруг тускнеет безобразием, а внутри головы мелькают разные варианты ушатов слез или кулаков. Вдруг услышала шепот на другом конце провода — Левин теперь Бергман, и она забеременела случайно, как будто жизнь сама не имела права творить такие злодейства....
Я под задорное вжиканье ширинки в считанные секунды оказываюсь лежащей на свободной части стола с задранной юбкой, придавленная телом Козырева, будто каменной скалой.
Глава 16. Маринад не приветствуется
Голова идет кругом от страстных поцелуев, отнимающих дыхание.
Отбросив всю свою вальяжность, Влад мгновенно доводит мой вид до нужной ему кондиции. В один жест он забирается мне под спину и расстегивает молнию на платье.
Не давая и слова поперек сказать, он слитным движением и гладит мне плечи, и стаскивает с них бретели, освобождая томящуюся грудь.
Потискав мягкие полушария, Козырев вдавливает меня в себя. Кожа к коже.
Он горячий, твердый, вкусно пахнет.
Напрягшиеся соски жаждут внимания, но Влад уже разбирается с моим бельем.
Не мудрствуя лукаво, он сдвигает тонкую полоску ткани, и спустя миг я чувствую скользкими складками горячую гладкую головку.
Это я считаю, что все происходит слишком стремительно, а естество мое уже смачивает мужскую твердь, чтобы принять в себя поскорее.
– Когда ты облизнула вилку, я чуть не кончил, – рычит Козырев, сжимая меня еще крепче.
Член надавливает на самую дырочку, вызывая у меня томление и зуд в глубине.
– Ох ты блядь, Алла Георгиевна… – шипит Влад, помогая себе руками растянуть вход во влагалище, но это не так просто.
Я реально малолитражка.
Мне и хорошо, и тянет, и дергает, и чуть больновато.
Я жалобно пищу и верчу попкой, пытаясь не то помочь Козыреву, не то избежать этой дубины."
"Если б я ее видела до этого, я бы у него малинку не ела!
От избытка эмоций я кусаю Влада в плечо, но только провоцирую его этим на резкий толчок в мою мякоть.
Влад замирает, наслаждаясь пульсацией моей плоти, обхватившей его агрегат, как перчатка. Уткнувшись мне в шею, он целует меня за ухом и предупреждает:
– Сейчас покатаю.
Ванильный секс?
Нет. Не слышал.
Впившись в ноющий сосок губами, Козырев покрепче ухватывает меня за попку, и его поршень приходит в движение.
