В зале магистра Веллес ждала тишина, нарушаемая лишь его отчаянным стоном. Я понимала его горе и тревогу за ученика — ведь долг службы святому делу можно было перенести только до определенного возраста. Аго и Маринка появились не случайно: их интерес к миру призраков и чудес был столь амбиентным, что сложно было отказать....
На месте Кристины я после такого семейного скандала вообще бы от ревности спятила. – Она передразнила нас обоих, кривляясь: – «Поцелую тебя», «Не целуй», «Поцелую-поцелую!», «Мерзавец, знаешь же, что больше всего на свете я хочу, чтобы ты меня целовал!». Сами-то слышите, как это со стороны звучит?
Мы синхронно вздрогнули и начали осматриваться, пытаясь уловить за кустами любой шорох. Марина застала только конец разговора, но до ее появления мы на эмоциях очень много лишнего выпалили – и такое действительно никому не надо слышать.
Как ни странно, но уговорила меня остаться именно Марина, а Диминик через десять минут укатил в неизвестном направлении. Подруга не знала, что произошло, она просто сделала напрашивающийся вывод: мы снова поссорились из-за ерунды, но уже утром будем посматривать друг на друга и искать пути примирения, как раньше и бывало.
Я не спорила с ней только затем, чтобы не пришлось ничего объяснять. Я буквально не имела права объяснять. Леди Стант выразилась очень понятно: она закроет глаза на то, что Диминик использовал свою силу против нее, но при одном условии – эта информация не будет оглашена.
Глава 11
На учебу Диминик не пришел – вероятно, решил вообще больше никогда меня не видеть. Молодец какой, ничего не скажешь. На его месте я бы вообще эмигрировала на другую планету, от такой ужасной злыдни подальше. А вот Маринка – умничка, которая изобрела велосипеды, то есть заранее придумала доставить велосипеды в Вахарну. По столице мы ехали с ветерком, под смешанное настроение публики: одни открыто над нами смеялись, а другие с большим интересом рассматривали необычные конструкции.
