Первый роман тетралогии, охватывающей четверть века жизни четырех английских школьниц. После окончания школы их пути разходятся, но остается прочная связь дружбы. Судьбы героинь переплетаются в сложный узор личных драм, творческих исканий и духовных трансформаций на фоне меняющейся Англии.
Фредерика, скрестив ноги, уселась на траву, как божественная монархиня «Полиольбиона», и в задумчивости принялась глядеть на темно-серые стриженые кусты, луну, воду. Долгие десять минут ее взгляд блуждал бесцельно, но затем настало некое торжественное бдение, продлившееся довольно долго. Незаметно рассвело, и сквозь просветы живой изгороди стали видны края пустоши, ранее скрытые ночью. На террасе резко зазвенел гонг к завтраку. В ответ ему на пустоши хриповато и тонко проблеяла овца. Фредерика поднялась, на миг замерла и зашагала к дому.
Для тех, кто в это утро в состоянии был есть, в Большом зале накрыли стол к гаргантюанскому завтраку: кеджири, сардельки, тосты, джем, старинные чайники в стиле греческих урн с кофе и чаем. Во главе стола сидел Кроу, элегантный и благостный. По правую руку от него восседала Марина Йео. Когда вошла Фредерика, Кроу сделал вид, что не заметил ее, а она садиться не стала. Она наблюдала, как Александр и Дженни пересекают террасу, с двух сторон держа Томасову люльку. Потом, вспомнив совет Уилки, с большим оживлением ринулась им навстречу, волоча по гравию нижнюю часть коляски:
– Вы не ее ищете? Вы потом в Блесфорд? Не подбросите меня?
От одиночества и бессонной ночи ее голос и движения были особенно четки и резки. Уставшие от волнений Александр и Дженни щурили припухшие глаза и держались как-то неуверенно. Александр робко обернулся к Дженни и сказал, что не знает, как лучше поступить. Дженни раздраженно отвечала, что Фредерика предлагает разумный вариант.
– И держи люльку ровнее, а то я не могу ее пристегнуть.
Фредерика обшаривала глазами лицо Александра в поисках следов неземного блаженства. У него как-то по-новому опустились уголки рта, но она не готова была списать это на восторг любви.
Уилки, плотненький, гладкий, веющий свежим запахом мыла, возник с новой партией сарделек и кеджири. Он подмигнул Фредерике и оглядел ее с головы до ног:
– А где же туфли?
– Потеряла.
– Хочешь, схожу за ними?
– Нет, – отвечала она с неуместной злостью и заметила, как в сонных глазах Александра и Дженни вспыхнула искра любопытства.
Александр решительно усадил Фредерику на заднее сиденье и завел мотор. Машинка тронулась.
– Я сперва высажу тебя на въезде в Блесфорд, а потом отвезу миссис Перри и Томаса, – сказал Александр.
– Не проще ли наоборот? Я бы помогла транспортировать Томаса.
– Мы сами справимся.
– И к тому же я потеряла сумочку, а в ней ключи. Если я на рассвете всех перебужу звонком, меня четвертуют.
