В Деве в саду Антония Байетт создает невероятно напряженную атмосферу, полную загадок и внутренних переживаний. Книга раскрывает сложные человеческие драмы на фоне величественного английского ландшафта, оставляя читателей с подозрением и захотевшими узнать больше до самого конца....
Лукас задумчиво пробовал треугольное лезвие скальпеля на обтянутом резиной пальце. Потом махнул рукой в сторону банки, кишевшей белыми червями:
– А у этих господ внутренности слишком простые и все одинаковые – не погадаешь. Низкие черви. Я червь низкий, но необходимый. Собираю вот их для четвертого класса: низшая ступень познания. У червя много назначений, и служить материалом для вивисекции в четвертом классе – не самое важное из них. Впрочем, червей в мире хватает, а я хочу все оставить в порядке, прежде чем…
– Прежде чем что? – осмелился спросить встревоженный Маркус.
– Прежде чем случится то, чему суждено. Что-то случится, Маркус, и в скором времени. Мне уже были несомненные знаки: я тебе расскажу. Например, я знал, что ты сегодня придешь.
Это вполне могло быть правдой, но в голосе учителя уже не было той победительной уверенности, с какой утверждал он, что все предопределено. Лукас выглядел нехорошо: серое лицо, блестящие кудри поникли, лоб и подбородок блестели липким потом. Маркус хотел уйти, но знал, что не должен.
– Пойдем ко мне? – предложил Лукас. – Нужно подготовиться к предстоящему, чем бы оно ни обернулось. Мне были знаки, что я впустил в мир некие силы. Во внешних сферах идет противостояние – это моя вина, моя ошибка. Дефект в мыслящей ткани – от него может быть великое благо или великий вред. Пойдем. Пожалуйста! Ты должен все узнать, на случай если…"
"Маркус согласился. Лукас радостно потер руки в скрипучих перчатках и шлепнул в банку новую горсть трупиков.
В своей башенной комнатке Лукас долго осматривал то подушечки на креслах, то карнизы, то еще что-то. Маркус неловко стоял в дверях.
