В Холмодоле разворачивается жестокая битва: артиллерийские залпы превращают ночную стычку в ад. Ветер дует резко и холодно, накрыв едким дымом целые улицы. Здесь каждое вздох можно прочесть как команду - готовься к бою или беги!
Он приподнялся над разбитым порогом, высматривая мишень. Разум Вадима вмиг помутился, когда пуля пробила его плечо ниже ключицы! Боль была невыносимой. Архипов заскрипел зубами. Достукался, товарищ капитан!
Но он не думал сдаваться. Превозмогая боль, Вадим огромным усилием воли поднял автомат и выпустил длинную очередь в проем. За окном снова кто-то перебежал, затаился, прижавшись к стене. В прятки решил поиграть?
Архипов отполз вбок, чтобы не мерцать в проеме, поднялся на колени, тяжело дыша, и ударил по стене, которая возле окна совсем раскрошилась! Он явно в кого-то попал! Сперва раздался истошный вопль, потом такой звук, словно кто-то подпрыгнул.
Капитан, белый как мел, повернулся, чтобы встретить тех, милых ребят, которые уже подбегали к порогу. Ноги его подкашивались, автомат вываливался из рук. Какого дьявола он такой тяжелый? Глаза Архипова почему-то начинали слипаться.
Снаружи с короткими интервалами прогремели три взрыва! Огонь из автоматов явно стал намного гуще.
Вадим без сил опустился на колени. Он еще не потерял сознание. Автомат остался под ногами. Опираясь на здоровую руку, капитан дополз до порога и вдруг почувствовал, что его начинает разбирать смех.
Ребята из группы «Кама» в гражданской одежде, но вооруженные как надо, эффектно и лихо ввязались в драку и уже практически завершали побоище.
Рыбные инспектора носились по острову, прицельно били из автоматов. Ничего себе, вот так «вежливые люди»!
Из карателей в живых оставались двое. Они с трясущимися лицами стояли на коленях посреди пустыря, тянули руки вверх. Возбужденный Ершевич, скрывавший повязку под бейсболкой, душевно треснул одного из них прикладом по виску.
Второй заныл:
– Не надо, пожалуйста.
Ершевич пожал плечами и ударил кулаком в переносицу. Эффект был тот же.
«Надо же, и этот здесь! – поразился Вадим. – Впрочем, чего удивляться, мог и Цымбал на одной ноге прискакать».
– Порядок, никого не осталось! – донесся с берега звонкий голос Ромы Данилевского.
– Мужики, спешить надо! – крикнул Полянский. – А то хохлы всю армию на нас спустят.
Вадим уже терял сознание. Боль в плече притупилась, он ничего не чувствовал.
