Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
На место ему в отдельную комнату пришла женщина достаточно боевого телосложения. Обыск длился недолго, больше — неприятно.
— Вадим Иванович ждет вас, — пробасил главный тип с жестокими глазами.
Эмин взял меня за руку и повел дальше по коридору. В конце был кабинет, тоже с охраной. Пока мы шли, я поняла, что находиться рядом с вооруженным Эмином мне было спокойнее, нежели так, ведь после обыска я чувствовала себя голой. У нас не было никакой защиты. И Булат не знал, где мы.
Перед тем, как войти, Эмин обхватил мою шею рукой и заставил посмотреть на себя.
- Давай без глупостей, маленькая. Ты ведь не думаешь о побеге, правда?
— Нет.
— Моя умница, — похвалил он и напомнил, — всем будет плохо, если ты сбежишь от меня. И тебе в том числе.
Эмин ответа не ждал. Кивнул, внимательно посмотрел мне в глаза и холодно улыбнулся.
Сбежать от Эмина? Я не знаю вещей страшнее.
Тяжелой поступью мы вошли в темное помещение.
— Здравствуй, Эмин.
— Здравствуй, Вадим, — кивнул муж.
Эмин усадил меня за стол из темного дерева. Я огляделась, оценивая обстановку. Напряженно.
— Это его дочь, — скорее утвердительно.
— Она.
Мужчины говорили обо мне.
Глаза Расторгуева были похожи на небольшие пуговицы, а взгляд был настороженным.
— Красивая. Папу любит?
Я не знала, какую правду можно говорить. На чьей стороне я должна быть явно, на чьей — скрыто.
За меня отвечал Эмин, тем самым показывая свою власть надо мной, ведь власть над дочерью Анархиста многого стоила.
— Не любит. Меня любит.
— Правда, что ли?
Расторгуев прищурился, и я поняла, что от меня требовалось подтверждение.
— Мужа своего любишь, Диана?"
"У меня в один миг язык заплелся на двух буквах, и рука Эмина потяжелела в ожидании ответа.
— Да. Люблю, — выдавила я.
— На его стороне будешь стоять? — орлиный взгляд вцепился в меня.
Каждый ответ давался мне с трудом, и оттого напряжение росло. Отсюда хотелось сбежать.
— Буду, — сказала я.
Расторгуев замолчал. Ответ его устроил — четкий и без лишних прелюдий. Он потушил сигарету, перевел взгляд на Эмина и забыл обо мне.
Моя роль была маленькой.
