Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
— Первое правило заговора против Анархиста: Анархист не должен об этом узнать.
— Так, ты согласен? — Эмин осторожно выдохнул.
Расторгуев неприятно рассмеялся.
— За тобой будущее, Эмин. За Булатом беспорядки и хаос. Ты возьмешь город под контроль, заимеешь достойное прозвище, ну и мне немного поможешь. Не как союзник. Союзники мне не нужны, да и тебе тоже.
Баш на баш, понимаю я. Простых подарков не бывает.
В следующие полчаса договор скрепляется алкоголем и разговорами о прочем.
— Сколько времени займет свержение? В его руках страдает женщина, — добавил Эмин.
О беременности мамы он умолчал. Я боялась, что это дурной знак.
— Для этого нужен год. В идеале, — Вадим сделал паузу, — но мы управился за половину срока, даже быстрее.
Эмину заметно полегчало.
В одиночку у него бы ушли целые годы.
— Вот только будут недовольные, — поморщился Эмин, — их заранее надо, чтобы бунт не подняли.
Расторгуев усмехнулся. Он осушил второй бокал и впервые за долгое время перевел на меня неоднозначный взгляд.
— Ты привык все осложнять, Эмин. Недовольных заткнет внук Анархиста от его единственной дочери. Правда, Диана?
Глава 62
Лето закончилось, наступило первое сентября. Днем я наблюдала, как школьники бредут вдоль набережной, и мне нестерпимо хотелось туда же.
— Хочешь погулять?
Правильнее было бы сказать — выгуляться.
Эмин подошел сзади. Сильные руки тесно прижали меня к своей груди. Этой ночью он был дома. И на все встречи впредь брал оружие.
— Хочу.
Сердце затрепыхалось в ожидании свежего воздуха.
Эмин привел меня к воде. На нем была белая рубашка, черные брюки и такого же цвета очки. На мне легкое платье.
— Какой университет ты заканчивал? — внезапно спросила я.
— Обычный экономический.
Мне хотелось узнать об Эмине больше, все-таки не чужие друг другу. Но выбранная тема ему не понравилась.
— Позже и ты выучишься, — сказал он спустя время, — только заочно.
— У тебя такие планы? Я всегда буду под наблюдением?
Я вскинула взгляд. Эмин казался расслабленным, но я знала, что в любую минуту он готов вытащить оружие из-под пояса и защитить меня.
— Если Анархиста придется сменить, то да. Публичность слишком опасна для нас с тобой.
А мне казалось, что он просто меня прятал. Умело, ревностно, как волк, охраняющий свое потомство.
Тяжелые мысли затмил детский смех. Он заставил меня оглянуться. В нашу сторону шла семья. Мама, папа, дочь. Довольные, счастливые, они шли с первого звонка. На девочке были банты больше ее головы.
