Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
Я спрятала коробку с флаконом в маленькой сумке. Интересный факт: из сумок у меня всегда были только мини. Будто Эмин боялся, что я вздумаю сбежать, и для того дарил маленькие сумки. В них не сложишь даже нижнее белье. Точнее так: выбирать придется либо нижнее белье, либо паспорт. Обе вещи важны, но все сразу не поместится.
Я поежилась от ветра. Эмин наклонился и загородил собой попутный ветер. Я воспользовалась моментом и поцеловала его в жесткие губы.
Ему было приятно.
— Эмин, — я взволнованно облизала губы, — могу я позвонить Полине?
Муж поднял руку и тронул мою щеку большим пальцем. У него были шершавые пальцы.
Эмин улыбнулся, но глаза его по-прежнему оставались холодны.
— У тебя своя жизнь, Диана. У нее свои проблемы. Беременность, крах империи, суды и приговоры.
— У них все плохо? — спросила я с содроганием.
— У всех будет плохо, кто позарится на тебя. Ты моя, Диана. Моя жена, моя любовница, моя девочка. Пусть каждый об этом знает.
На набережной вмиг стало ветрено. Губы мужа оказались напротив — он накинул на мои плечи ветровку и собрался уводить домой.
— Еще чуть-чуть, — попросила я.
— Нет. Ветер плохо на тебя влияет, и ты задаешь много вопросов.
— Еще десять минут, умоляю.
— Уже слишком поздно, — покачал он головой.
Моя рука оказалась в его. Эмин потянул меня к нашему дому.
Я с сожалением оглянулась на причал.
Останусь ли с Эмином или без него — в марте этого года судьба моя в корне изменилась. Теперь я принадлежу жестокому мужчине. Я ему готовлю, я с ним сплю, я одному ему на поцелуи отвечаю.
И страхи, как и постель, у нас одни на двоих.
Он боится, что я уйду.
А я боюсь уйти.
Глава 63
Солнце стало совсем оранжевым, когда мы возвращались с набережной.
Нам оставалось только перейти дорогу и обойти дом, чтобы зайти в подъезд. Здесь было уже не так ветрено, как рядом с водой.
Я шла нарочито медленно, Эмин не торопил, он даже не смотрел на меня — оглядывал местность. Его глаза повсюду искали опасность. Наверное, поэтому он так сильно сжимал мою ладонь. Несмотря на то, что за нами постоянно двигалась охрана, ему было неспокойно.
Он привык к такой жизни, я — только привыкала.
