Лиза — Дядя! — пронзительно крикнула она, но он сильнее держал её за запястье. Пытаясь убежать от его чертовски пьяного цепления, Лиза понимала, что одна больше не может противостоять силе одиночества и вины. Теперь её мир разрушен, и единственной защитой оставалась только собственная решительность в этой новой реальности — девочке Шерхан....
Вышел в зал, администратор ко мне сразу бросилась. Сама поглядывает на Белоснежку, еле сдерживается, чтобы вопросы лишние не задать. И правильно, вопросы тут я задаю.
— Почему у нас люди от голода в обморок падают? — наехал я на Анжелу, — у нас что, с едой проблемы? Или я недостаточно на это денег выделяю?
Та вздрогнула, испугалась. В глазах страх, голос почти дрожит:
— Имран Рамазанович, всех кормим! Я хоть сейчас…
Рукой махнул, останавливая поток ее болтовни."
"— Анжела не виновата, — Белоснежка голос подала, защищая администратора.
— А с тобой я потом поговорю, — обрубил. Повернулся снова к Анжеле:
— Ужин на двоих пусть за мой стол подают. Пошли, Белоснежка.
Лица вытянулись у обеих, я усмехнулся только.
Мой стол находился недалеко от сцены, в вип-ложе, отгороженный от общего зала. Я отодвинул стул, приглашая Белоснежку рядом сесть. Прямо в форменном платье, разве что ведра с собой не прихватила. Она возле стола встала, и не решается все никак.
— Ну, мне тебя долго ждать? — не выдержал, добавил в голос стали. Белоснежка тут же шмыгнула за стол, ручки на коленях сложила с видом отличницы и замерла. Я сел напротив, на себя злился. Зачем девчонку с собой позвал, за один стол усадил, как ровню? Что я вообще в ней нашел?
Она на меня смотреть боялась, пялилась в стол. Когда ужин принесли, я за вилку взялся, а эта сидит, не шелохнувшись.
— Ну, тебе особое приглашение нужно что ли? Ешь давай.
Я ел, за ней наблюдая, раздражение не утихало.
— Очень вкусно, — аккуратно промокнув рот уголком салфетки, сказала Белоснежка, — большое спасибо, Имран Рамазанович.
Из ее уст собственное имя необычно звучало.
А потом на сцену Лика вышла. И затянула старинный романс.
С Ликой я спал. Она здесь себя потому начальницей и чувствовала, самой главной, но дело свое знала: и в постели, и на сцене. Пела, глаза прикрыв, а потом меня заметила.
И Белоснежку со мной за одним столом.
Глава 5. Лиза
Каюсь, вид моего начальства меня просто добил.
