Лиза — Дядя! — пронзительно крикнула она, но он сильнее держал её за запястье. Пытаясь убежать от его чертовски пьяного цепления, Лиза понимала, что одна больше не может противостоять силе одиночества и вины. Теперь её мир разрушен, и единственной защитой оставалась только собственная решительность в этой новой реальности — девочке Шерхан....
— Ну, как она тебе? - усмехнулся Шерхан угадав, куда смотрю.
– Красивая, - вежливо ответила я.
– Других не держим. Вино пей.
Вино алело передо мной в бокале на высокой ножке. Правила приличия требовали хотя бы пригубить, но я медлила.
— Я пью только разбавленное водой, — наконец, шёпотом сказала я.
Шерхан выругался, но плеснул мне в бокал воды почти доверху и я сделала глоток. Вино было сухим и терпким. Бокал я отставила - больше пить не стоит. Да и как вообще можно пить и есть, когда девушка со сцены так смотрит?
— Теперь что не так, Белоснежка? - спросил Шерхан.
Я смотрела на салат и краснела. Салат из морепродуктов безусловно был вкусным, но…"
"– Здесь нет вилок для мидий, - ещё тише , чем прежде выговорила я, мечтая провалиться сквозь землю.
Шерхан посмотрел на телефон, он часто смотрел, словно звонка ждал, и все равно ему было, что это неприлично, и махнул рукой. Официантка за его спиной выросла почти мгновенно.
– Какого, — следом весьма неприличное слово, - скажите мне, в нашей богадельне нет вилок для мидий? Выпускница из пансиона для благородных девиц пожрать по-человечески не может.
— Сейчас спрошу на кухне, - вспыхнула официантка.
Я больше не хотела провалиться под землю. Я хотела умереть. Нужную вилку мне принесли уже через минуту, и те же правила приличия диктовали есть - ведь столько из-за меня суматохи, словно, сложно мне было поесть другой вилкой?
В этот момент у Шерхана зазвонил телефон и про меня все забыли.
– Да? - коротко бросил он.
И лицо его окаменело. Зубы стиснул так, что я слышала, как они скрипнули, а на скулах заиграли желваки.
И в зале сразу тихо стало, даже певица смолкла.
– Пой, - сказала Шерхан зло.
И она запела, а голос дрожит. Шерхан ушёл, и я, стараясь быть незаметной, но казалось — все на меня смотрят.
Плакала, спрятав лицо в ладонях, когда дверь скрипнула.
— Наша девочка плачет, - протянул красивый женский голос.
Подняла голову — Лика. Она сюда не ходит, у неё своя отдельная гримерка и кабинет. К ней туда Шерхан заглядывает… Она не одна, с ней старший администратор Анжела, они подружки.
– Со мной все хорошо, - торопливо сказала я и вытерла мокрые щеки. — Не стоило беспокоиться.
