В зале унывающих студентов, где только что кто-то изрек обидную правду, ты стоишь в полном разочаровании и гневе. Здесь мир рушится под ногами, когда банк отказывается финансировать твой проект — девственница в драматическом мире финансов. Атмосфера здесь напряженная, словно стены здания наливаются холодом от непреодолимой несправедливости....
Это может спровоцировать вражду, которой не будет оправдания. Не будет возможности для примирения, понимаешь? Ты говоришь, что против насилия… Нас очень жестоко похитили… Со мной была девочка, совсем ребенок. Ее ударили… сильно. Владимир сказал, что девочку не стали похищать, оставили там, неподалеку… Но можно ли верить тому, что сказал мне Владимир?
Тараторю все это на одном дыхании, когда произношу все произошедшее вслух — оно кажется еще более ужасным. Марго все больше хмурится, выглядит напряженной, кусает нижнюю губу.
— Я услышала больше, чем хотела услышать.
— Если ты мне поможешь, — добавляю еще более торопливо, — я сделаю все что в моих силах, чтобы сгладить эту ситуацию.
— Отдыхай, малышка. Я попрошу, чтобы тебе принесли еду. Переодеться. Прими ванную. Тебя никто не побеспокоит.
Марго направляется к двери.
— Ты еще придешь ко мне? — выдыхаю ей вслед.
— Думаю да. Увидимся… Черт, — Марго оборачивается. — Я даже имени твоего не спросила.
— Вилена Шахова, — произношу с болью, ожидая что теперь отношение резко поменяется.
Лицо Марго мрачнеет.
— С этого надо было начинать. Это все меняет.
— То есть ты не поможешь?
— Я этого не сказала. Черт… дочка Шаха. Как же… Откуда ты взялась?
— Разве теперь это имеет значение?
Ничего не ответив, Марго выходит. Тут же дверь снова приоткрывается, в проеме появляется лицо Владимира. Но тут же, убедившись, что я на месте, он исчезает. Щелкает замок.
Не знаю сколько сижу, уставившись в одну точку, в полном оцепенении. Снова открывается дверь, Владимир входит с подносом еды, потом возвращается еще раз — приносит стопку чистой одежды.
— Спасибо.
Владимир не отвечает, уходит и снова щелкает замком.
Глава 26
Марго
— Ты меня удивил, Эрик. Не думала, что ты даже на это способен, — замечаю осторожно, стоя на пороге кабинета.
Сводный брат поднимает голову, оглядывает меня с ног до головы с неприязнью.
— Зачем ты лезешь во все это? Иди лучше прими еще что-нибудь, чем ты там закидываешься.
— Ты думаешь, что может быть иначе? — спрашиваю с горечью."
"— От тебя всего можно ожидать. Мы мало знакомы, если уж начистоту, Марго. Наши родители поженились пять лет назад, нашли на старости лет свое счастье. Мой отец принял тебя как дочь, баловал.
— Но ты не принял… — перебиваю горькую речь.
— Мне, по большому счету, было плевать.
