Автор
В мире, где звуки становятся образом, девушка из песни становится не просто объектом восхищения, а символом глубоких человеческих переживаний. В каждой мелодии она растворяется и возвращается, создавая неповторимую атмосферу любви, смерти и трансформации.
Он не показывал, что там написано, а я не совала нос не в свое дело. Но однажды я мельком заметила на странице что-то похожее на стих.
В большинстве случаев мы ходили в центр города или шли на набережную и играли на игровых автоматах, а потом прогуливались по пляжу. Иногда Миллер занимался подработкой в городе, чтобы хоть немного помочь маме. Он сказал, что она работает в закусочной, но он никогда не приводил меня туда и не знакомил нас.
Я же познакомила его с родителями, и по моей просьбе папа нанял Миллера раз в неделю работать во дворе, хотя у нас уже был садовник.
"– Он заплатил мне пятьдесят баксов, – сообщил мне позже Миллер, после своего первого рабочего дня, и укоризненно посмотрел на меня. – Это слишком много.
– У нас большой двор, – невинно ответила я.
Он хотел было возразить, но, по-моему, в деньгах он нуждался больше.
Однажды поздним августовским вечером Миллер сидел с блокнотом на коленях и что-то строчил, пока я занималась.
Я закрыла тетрадь по алгебре и сняла очки, чтобы потереть глаза.
– Сделала. За один предмет в старшей школе можно теперь не переживать.
– Ты будешь, как в том старом сериале, «Дуги Хаузер», – произнес Миллер, доедая приготовленный мной бутерброд с ветчиной и сыром. – Уже в шестнадцать поступишь в колледж.
– Не-а. Я не настолько хороша.
– Ты чертовски умна, Ви, – возразил он.
Что-то новенькое. Он стал называть меня Ви. И мне это даже нравилось.
– Ты когда-нибудь расскажешь мне, что пишешь? – спросила я.
– Магистерскую работу для колледжа.
– Ха-ха. – Я пожала плечами и вытянула перед собой ноги. – Я нервничаю.
– Почему?
– Завтра ты познакомишься с Шайло. Она вернулась из Нового Орлеана, и я подумала, что другу номер один пора встретиться с другом номер два.
– И ты переживаешь по этому поводу?
Я поиграла ручкой.
– Она может тебе понравиться больше, чем я.
– Тогда я не буду с ней знакомиться.
– Это… глупо.
– Ага, – согласился он, пристально глядя на меня, как будто запечатлевая в памяти весь мой облик ботаника.
– Откуда ты знаешь?
– Просто знаю. – Глаза Миллера потемнели. – Кроме того, какое тебе дело? Тебе же нравится Ривер, как его там.
– Верно, но это всего лишь несбыточная мечта. С таким же успехом я могу влюбиться в Джастина Трюдо, потому что это только фантазии. И вообще, я переживаю не из-за того, что тебе понравится Шайло.
