В Девушке не нашего круга начинается история нескольких жизней, взращенных различными повседневными житейскими поворотами в России и за ее пределами. Начало - сердцевина Москвы осенью 1998 года, когда даже радость беременности не может омрачиться тяжести. Книга исследует границы между людьми, которые к этому моменту уже обрели своеобразный кодекс: кто идет, кто сидит, а кто, казалось бы, никогда не виделся друг с другом....
Они, как и положено ведомым, оккупировали для любви худшее помещение, нежели первые номера: обшарпанную однушку в панельном доме, где проживали Юля и Настя.
– Настька мне как сестра, – рассказывала Юля (обнаженная, в кровати) своему столь же нагому любовнику. – Да что там «как»! По документам и есть сестра. Моя мама ее удочерила. А что мамаше оставалось делать! Не в детский же дом отдавать родную племянницу.
– А что случилось?
– Настькин папаша, мой дядька, он очень деловой был. Рулил всем в своем районе.
– А Настя?
– Она спряталась в гардеробной, ее не нашли.
– Бандюков поймали?
– Не знаю. Во всяком случае, нам ничего не сообщали, Настьку опознать никого не просили.
– А она видела нападавших?
– Вроде да. Хотя даже мне никогда ничего не рассказывала…
– Откуда ж ты все это знаешь?
– Так, по кусочку, в разные годы говорила чего-то… В общем, после убийства никого у Настьки родных не осталось, и однажды мне мать сказала: ты у меня братика или сестренку просила? Будет, мол, теперь у тебя сестра, только не младшая, а старшая. Я тогда, помню, и расстроилась, что не малышка, и заревновала, что ей теперь, как старшей, все лучшее достанется.
* * *Кирилл Косаткин, капитан полиции
Мы встретились с потерпевшим Порфеевым, и я привел его в Каравайненское отделение.
