Они уселись, расправив юбки на коленях, и сложили руки перед собой, будто две пай-девочки. Две пары глаз, зелёные и голубые, уставились на меня с вниманием и восторгом. Я не спеша отпил несколько глотков, улыбнулся и начал разговор «с пристрастием»:
— Итак, сударыни, мне требуется полный отчёт по всему, что здесь происходило во время моего отсутствия. Особенно прошу рассказать, чем занимались вы с Ксенией.
Сашка и Таня переглянулись.
Они замялись, не зная с чего начать, и посматривали друг на друга.
— Смелее, сударыни. Если вы забыли, то я не кусаюсь. В крайнем случае, если мне что-то не понравится, поставлю в угол.
Разом хихикнув, девушки заулыбались и принялись наперебой рассказывать.
За час они обрисовали весьма впечатляющую картину. Когда меня увезли сотрудники Тайной канцелярии, девицы впали в печаль и принялись страдать на двоих. Широко, с размахом, с платочками для слёз и мрачными посиделками за полночь под рябиновую настойку. К счастью, Марья Алексевна быстро пресекла это безобразие, накрутила им уши, невзирая на происхождение, и отправила заниматься. Вам, сказала она, Константин Платонович задание оставил? Вот и выполняйте, а не сырость разводите.
Получив такие наставления, Александра и Таня взялись штудировать записи, которые я им оставил.
— Простите, Константин Платонович, мы паркет немного попортили.
— Обгорело чуть-чуть совсем.
— Мы потушили почти сразу.
— У нас ведро с водой стояло наготове.
— Там не сильно заметно.
— Стоп! — я выставил ладонь, останавливая поток слов. — Там, это где?
— Здесь, — обе девушки потупились, — в кабинете. Вот, около стенки.
— Сударыни, а позвольте узнать, отчего вы избрали местом занятий по магии мой кабинет? У нас парк украли? Или площадка у камней лесом заросла?
— Холодно очень было, — Александра шмыгнула носом, — очень-очень. Даже Диего с Ксюшкой не стала выходить, объявила ей вакацию на целый месяц.
— И вы не нашли ничего лучше, как устроить пожар здесь? Если уж так хотелось тренироваться в доме, так спустились бы в подвал. Там пожара точно бы не случилось.
— Константин Платонович, — Таня перешла на громкий шёпот, — так там ведь эти…
— Ну, эти, которые за дверьми скребутся.
— Вы только уехали, они стали изнутри царапаться.
— Даже Марья Алексевна туда с Диего ходили. Час там сидели, потом вышли и дверь в подвал на три замка заперли.
— И досками велели заколотить, крест-накрест.
— Туда спуститься даже страшно, а вы говорите — колдовать.
Я закашлялся.