Автор
В тени ржавого за防卫壕, Мышка держит ружье, окутанный клубами пепла и отдающей сталью. Каждый выстрел кажется последним — враги рядом сражаются на равных. Здесь царят лишь дикие войны: темнота, холодный дождь и вечная борьба за выживание.
Пройдясь в последний раз по дому и всем постройкам, Мишка убедился, что они с тёткой забрали всё, что только можно, и, вздохнув, присел на ступеньку крыльца.
— Вот и всё, — вздохнул парень, оглядывая подворье. — Эта страница жизни тоже окончена. Вот уж не думал, что так привыкну к этой халупе.
На душе и вправду было тяжело и грустно, словно он навсегда прощался со старым другом. Посидев, парень поднялся и, забравшись в кабину аэросаней, принялся запускать двигатель. Мотор, пару раз чихнув, завёлся, раскручивая винт.
"Мотор прогрелся слабо, но начинать движение было можно. Прибавив газу, Мишка не спеша повёл машину по дороге. Из окон то и дело выглядывали любопытные, с интересом рассматривая технику. Выкатившись за околицу, парень прибавил газу.
Уже распахивая ворота, сквозь рокот двигателя и посвист винта он услышал негромкий скулёж. Оглядевшись, Мишка заметил в канаве щенка. Месяцев примерно двух. Лопоухий, ещё неуклюжий, но с широкой грудью и крепкими лапами. Кутёнок явно замёрз и проголодался.
Не выпуская щенка из рук, Мишка уселся в кабину и, прибавив газу, закатил аэросани во двор. Объехав двор по кругу, он поставил машину носом к воротам и, заглушив мотор, отправился закрывать створки. Заметив, как в окне мелькнуло лицо тётки, Мишка чуть улыбнулся и вошёл в дом. В большой комнате за столом сидела тесная женская компания. Глафира, Настя и Танюшка. Попивая чай, они баловали себя свежей выпечкой.
Поздоровавшись, Мишка с улыбкой показал им щенка, весело заявив:
— Глядите, какого сторожа я нам нашёл. К воротам приблудился. Настя, не знаешь, случаем, чей?
— Ничей, — чуть смутившись, ответила девушка. — Сука приблудная ощенилась, вот они по станице и бегают.
— Ну и ладно. Значит, теперь наш будет, — кивнул парень. — Ещё бы котейку найти, и тогда полный сбор будет.
