Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
Я весь сосредоточен на Юрии, лицо которого сейчас напоминает звериную морду.
— Ты никогда не будешь Грозиным, понял? — рычит он, вперившись в меня безумными глазами. — Ты не понимаешь, что это значит. Ты не прошёл через то, через что прошли я, мой брат и мой сын! Ты — никто. Мусор, на который князь по своей милости прицепил бирку с нашей фамилией. Ты недостоин быть одним из нас. И тем более ты недостоин части нашего богатства. Я лично — никогда тебя не приму! И не допущу, что тебя приняли в семью.
Ярость вызывает искренность. Выкладывая мне всё это, Юрий говорит гораздо больше, чем он может подумать. Теперь я действительно начинаю понимать, почему он так меня ненавидит.
Ему просто обидно. Он старший сын рода. Наследник, прошедший суровую школу княжеского воспитания. Он действительно видел многое из того, о чём я могу только догадываться. С младенчества он жил в этом мире огромных денег и жестоких интриг.
С его точки зрения, я — всё равно что бездомный сирота, который вдруг припёрся в главный офис Династии и потребовал долю.
— К тому же князь хочет принять тебя не по доброте душевной. Он просто пытается очистить совесть перед смертью.
Что он имеет в виду? Не знаю, и вряд ли Юрий собирается объяснять.
— Я понятно объяснил, бастард⁈ — рявкает он напоследок.
— Вполне, — спокойно говорю я. — Спасибо.
Он фыркает, хватает бутылку и делает большой глоток. Поморщившись, опять откидывается на диване и бросает:
— Пожалуйста.
— Попытаетесь меня убить?"
"— Если я захочу тебя убить, то сделаю это вот так, — Юрий щёлкает пальцами. — Но нет, я поступлю иначе. Уничтожу тебя.
Не уверен, что именно кроется за этими словами. Ясно только то, что ничего хорошего.
Но на кону помимо богатства, стоит и кое-что ещё. Моя честь. Моё достоинство. Если отступлю сейчас, то буду считать себя ничтожеством до конца жизни.
Так что я готов сразиться. Несмотря на угрозу, которую нельзя недооценивать.
В конце концов, награда тоже стоит риска.
— Звучит сурово, — говорю я. — Но я готов бороться.
— Лучше сразу готовься проиграть, — Юрий с грохотом ставит бутылку на стол. — Моё предложение ещё в силе. Возьми деньги и свали.
