Грозный эшелон остановился вдалеке от засады. Вместо него прибыл мотовоз, переоборудованный немцами как броневагон с пламенными установками. Капитан Журавлев и Николай Мальцев лежали рядом, Журавлев положил руку на ствол "Дегтярева", словно призывая товарища к бою.
Люди бежали к берегу под плотным огнем. Тяжело раненные, не в силах ползти, лежали в лужах парящей на морозе крови. Батька Бажан, исполнявший должность заместителя Зинякова по хозчасти, тоже принимал участие в операции.
Этим он пытался хоть отчасти поднять свой авторитет. Он понимал, что рано или поздно придется отвечать за бездействие отряда и гибель многих партизан, когда он прохлопал внезапную облаву.
Не слишком вникая в дела, он был уверен, что Журавлев и его люди взорвут Витемский мост и в этом будет заслуга батьки Бажана.
Но все летело кувырком. Пулеметные очереди крошили лед. Полицаи орали и матерились, непрерывно стреляя и обещая повесить за яйца всю «краснопузую сволочь». Здесь, на льду, Бажан понял, что загнал себя в ловушку – ни к чему было лезть в пекло!"
"С воем падала вниз мина. Взрыв, еще один… Партизан из его бывшего отряда (сейчас Бажан никто!) свалился на лед с оторванной ногой. Господи, какого черта он полез в это пекло? Мог бы отсидеться на складе, сославшись на ревматизм.
Бывший начальник разведки Аркадий Снитко полз, укрываясь за телами погибших. Пули хлестнули его ледяным крошевом, но это заставило Снитко лишь быстрее двигаться.
Полицаи узнали Бажана и сосредоточили на нем огонь. Прожгло ногу в теплом сапоге. Еще одна пуля угодила в бок, вырвав клок кожи. Бывший командир отряда скользил в крови и звал на помощь.
Снитко прополз мимо. На секунду оглянулся, но пули шли настолько густо, что задерживаться возле своего бывшего командира он не рискнул.
– Аркадий, помоги!
– Сейчас поможем! – кричали с берега полицаи.
– Эй, Бажан, брюхо мешает?
Бывший директор совхоза и бывший командир отряда едва не заплакал от досады.
– Мы тебя сегодня убивать не будем! – надрывались с берега. – Копыта подкуем, а завтра решим, на каком столбе вздернуть.
– Его утопить лучше! Как сом поплывет.
Едва не плача от обиды и жалости к себе, Илья Бажан вспомнил, что он вооружен. У него был автомат «ППШ», когда-то подаренный капитаном Журавлевым.
Как все изменилось с тех пор! Бажан стрелял, опустошая диск беспорядочными очередями.
