Возвращение было тяжелым процессом, но когда Конгрегации вновь обрело осязаемость, стало ясно, что мир вокруг изменился. Отчетливая картинка привязала его к реальности, и он начал осознавать, какую пустоту причинил себе самолюбие и зависть.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Пётр, дружище, а не желаешь ли ты съездить в Москву к князю Голицыну?
— З-зачем?
Бобров чуть не подавился колбасой и начал заикаться.
— Н-не надо, Костя. Не любит он меня очень.
— Чего это? Ты же к нему в род собирался и всё такое.
— Н-не хочу уже. В последний раз, когда хотел д-деньги за твоих лошадей с него получить, он велел лакеям меня высечь «за наглость». Насилу отбился и сбежал.
— Ты мне этого не рассказывал.
— Так стыдно, Костя. Меня, дворянина — и на конюшне пороть! Н-не поеду, даже не проси.
— Надо, Пётр, надо. Возьмёшь денег у Лаврентия, наймёшь в Москве парочку мордоворотов, чтобы они тебя отбили в случае чего. Пойдёшь к князю и передашь ему письмо. Так и так, приехал по поручению Урусова, мол, хочет он замириться с уважаемым князем. Если он тебя примет, выслушай его условия, поторгуйся, но не усердствуй. И возьми время на подумать. Скажи, что передашь всё Урусову и постараешься уговорить принять их.
— Костя, ты чего? Ты хочешь ему сдаться!? Да он же тебя догола разденет!
— Время, Пётр, мне нужно время. Выиграй мне месяц, чтобы выстроить оборону. А там посмотрим. Понял?
— Сделаю, Костя! Обещаю, месяц у тебя будет.
Глава 12
Нитка
Утром Бобров поехал в Москву. Я дал ему чёткое указание — торговаться с князем, уступать в мелочах, но выиграть оговорённое время, чтобы я успел подготовить усадьбу к обороне. А затем Пётр должен был махнуть в Муром: поискать среди местного дворянства недругов Голицына и привлечь их на мою сторону.
Скажу честно — Петра я немного обманул, а вместе с ним хотел обмануть и князя. Пусть Голицын думает, что я планирую обороняться и ищу союзников. Если есть хоть шанс, что он не будет ждать прямого нападения, надо им воспользоваться. Так что, проводив Боброва, я собрался, погрузился вместе с Кижом в дормез и тоже отправился в небольшое путешествие.
Злобино осталось на попечение Марьи Алексевны. Княгиня, бодрая и полная сил, обещала справиться с любой угрозой, для чего вызвала из Мурома своего ниппонца. В её возможностях я не сомневался, да и вернуться надеялся раньше, чем князь устроит ещё одну атаку.
* * *"
"Возницей у нас был Ермолайка, сын покойного Кузьмы. После смерти отца он пришёл ко мне и попросился продолжить дело родителя. Я не стал ему отказывать и не ошибся — дороги он знал не хуже, а характер имел весёлый и лёгкий.
Просёлочными дорогами мы покатили на юг и выбрались на Касимовский тракт. Переночевали в селе с забавным названием Спас-Клепики и двинулись в сторону Москвы.
