В бальный зале идет тихая суета перед вечером, когда звуки флейт и свирели нарастают в атмосферу праздника. Марья Алексевна замечает ваше беспокойство: Княгиня жалуется усталости от светских игр. Вы согласны с ней, хотя танец с Лариной — это шанс показать себя в лучшем свете....
Похоже, «Дядя самых честных правил 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты сошёл с ума?
— Кого я вижу! Наконец-то ты набрался смелости, племянничек, — мужчина в треуголке усмехнулся, — взглянуть на опасность лично. Только, боюсь, поздно, твои люди всё, тю-тю.
— Прекрати! Как ты посмел напасть на своих же? Как глава рода, я приказываю тебе немедленно…
— Глава рода. Кто глава рода? Ты, молокосос?
— Дядя! — Софья с ужасом смотрела на мужчину. — Ты собираешься нас убить?"
"— Девочка моя, отойди от своего братца. Сейчас рядом с ним очень опасно находиться. Сядь пока в карету, а через пять минут я отвезу тебя домой.
— Дядя! Так нельзя!
— А как можно? — мужчина зло сплюнул. — Как твой отец? Отдать род после смерти не самому старшему, не самому сильному, а безвольному дурачку? Этому курёнку со слабым Талантом?
— Я не позволю! — голос юноши сорвался на фальцет.
— Замолчи, Николенька. Я даю тебе выбор. Подписать документы о передаче главенства в роду мне и уехать за границу. Не думай, что мне нужны твои деньги, возьмёшь с собой хоть миллион. Отдыхай, развлекайся, танцуй на балах, как ты это любишь.
— Ты предаёшь семью, дядя!
— Я не предаю, а спасаю. Ты дурак, если надеешься стать главой Голицыных. Что ты можешь? Пускать мыльные пузыри? Показывать девицам фокусы? Во главе рода должен стоять мужчина, а не размазня. Маг, который может дать отпор другим родам. А ты… Ты слизняк, которым помыкают сёстры. И я не позволю пустить на ветер состояние семьи.
Глава 35
Руки и туман
— Ни за что!
Дядюшка ухмыльнулся и без предупреждения атаковал племянника целой серией всполохов.
Бумс!
Очередной всполох ударил в щит и расколол эфирный купол. Но тут же появился новый, на этот раз поднятый княжной.
— Софья! — рявкнул Голицын. — Уйди в карету, я сказал!
— Нет, — она топнула ногой, — я не дам вам творить беззаконие! Убирайтесь, или я расскажу о вашем поведении на совете рода!
Он расхохотался.
— Кому ты расскажешь? Если вы доживёте, наши любимые родственнички сами выкинут твоего братца на мороз. Или забыла, кто их держал в узде? Не помнишь, как твой отец приводил их в чувство? В карету, дура!
— Ха!
Младший Голицын пришёл в себя и с криком швырнул в дядю какое-то плетение. Видимо, что-то из их семейного арсенала — рой ледяных игл, укрытых в воздушный кокон.
— Слабак.
