В бальный зале идет тихая суета перед вечером, когда звуки флейт и свирели нарастают в атмосферу праздника. Марья Алексевна замечает ваше беспокойство: Княгиня жалуется усталости от светских игр. Вы согласны с ней, хотя танец с Лариной — это шанс показать себя в лучшем свете....
Похоже, «Дядя самых честных правил 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я низко поклонился, остановившись за пару шагов от её кровати.
— Ваше Величество.
— Ближе, — Елизавета кисло усмехнулась, — не укушу.
Она протянула руку, и я склонился для поцелуя. Кожа императрицы пахла лекарствами и лавандовым маслом. Талант так и не вернулся, но я и без него явственно чувствовал: жить ей осталось год-полтора. Болезнь, поселившуюся у неё в груди, не излечить местным эскулапам. Елизавете будет становиться то лучше, то хуже, но конец один — кровотечение горлом и мгновенная смерть.
— Что, Урусов, выслужиться хотел?"
"— Никак нет, Ваше Величество.
— Парик сними, Урусов.
Подобной просьбы я не ожидал, но выполнил с удовольствием. Терпеть не могу таскать на голове эту жаркую хреновину.
— Ой, страшненький какой, — скривив губы, императрица мотнула головой. — Что она в тебе нашла только? Дурочка глупенькая. Наклонись-ка, Урусов.
Протянув руку, императрица ухватила ладонью меня за затылок и с неожиданной силой притянула к себе, так что мы оказались лицом к лицу.
— Слушай меня, Урусов, внимательно слушай.
В её голосе появилась властность, а глаза слабо засветились магическим светом. От неё ко мне протянулись тонкие ниточки эфира. Магия⁈ Что она хочет сделать?
— Нельзя девочку никому показывать. Сожрут бедняжку, стоит мне помереть. Царскую кровь всегда первую льют, когда корону примеряют. Вот ты доченьку мою и спасёшь, за грехи своего дяди, понял? Спрячешь, что бы ни Пётр Фёдорович, ни кто другой не нашёл. Через три года женишься на ней, если сама того захочет.
— Понял, Ваше Величество.
— Хорошо.
Она отпустила меня и тяжело откинулась на подушке.
— А я тебя награжу, Урусов. Денег дам, чтобы ты мою дочь в достатке содержал, и титул верну. Поклянись, князь Урусов, что Татьяну в обиду не дашь!
Я опустился на одно колено и произнёс слова клятвы.
— Иди, Урусов, — Елизавета закашлялась, — завтра снова сюда приедешь, хочу с дочкой ещё поговорить, а ты деньги с бумагами получишь.
Поклонившись, я попятился и вышел из покоев императрицы.
Глава 5
Завещание
— Она добрая, Константин Платонович, и справедливая. Сказала, что вам титул вернёт княжеский.
Я улыбнулся и кивнул. Императрицы не бывают добрыми или злыми — обладающие властью оперируют другими категориями. Но Елизавета для Тани родная мать, и с ней я точно спорить не буду.
— Только грустно, что я так мало у неё была.
