В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
Мама ее специально в сумку уложила.
Что? Какого хрена?
Люблюська?!
Наше семейное слово! Отец так звал маму, а бабушка — нас, детей.
Словно наяву слышу ее голос «мои люблюськи!», вижу морщинистые руки в перстнях, чувствую запах чуть сладковатых духов.
В чужих устах бабушкино ласковое словечко кажется по меньшей мере кощунством. Будто серпом по всем местам.
Распахнув глаза, ищу взглядом нарушителя спокойствия.
— Простите, девочка уже уходит, — извиняющимся тоном мямлит стюардесса.
— Подождите, — останавливаю ее я.
— Ты с кем летишь? С мамой? — улыбаюсь ребенку.
— Да-а, — кивает девчонка, как две капли воды похожая на мою единокровную сестру Аню в этом же возрасте.
— Мама тебя, наверное, ищет уже.
— Нет, она спит, — бесхитростно сообщает малышка и, словно опомнившись, со всех ног бежит обратно в экономкласс.
От злости сжимаю кулак. Стучу им по подлокотнику. Она здесь. Совсем рядом. За гребаной шторкой, мать вашу!
— Ник, — прошу телохранителя, сидящего впереди меня.
Мой широкоплечий крепко сбитый охранник лениво поднимается с кресла и, подойдя к ширме, выглядывает в салон.
— Все в порядке, шеф, — кивает, вернувшись обратно. — В третьем ряду сидят.
— Возьмем их с собой. Стюардесса поможет, — роняю скупо. Закрываю глаза, стараясь справиться с подступившей яростью.
Папина телка здесь, блин! На расстоянии пары метров от меня. За дурацкой ширмой!
Мне нет нужды вставать и выискивать ее среди других пассажиров. Я и так знаю, как она выглядит.
Красивая дрянь, разбившая семью отца. Я даже не берусь судить, каково это — узнать после смерти любимого мужа о его любовнице и внебрачном ребенке. Но моим сестре и мачехе пришлось вынести и этот кошмар!
В портфеле, стоящем на сиденье около иллюминатора, лежит свежесобранное досье.
Но я и без него помню наизусть каждый документ и смогу при любом раскладе опознать меркантильную наглую дрянь.
Слетаются стервятнички на папино наследство. Кого еще принесет, я не знаю.
Но слава богу, мне известно, куда надавить.
Елизавета. Моя малолетняя сестра. Как только подтвердится родство, оформлю на нее опекунство. Хотя тут никакие тесты не нужны. Все и так видно невооруженным глазом.
Малышка похожа на моего отца, так же, как и я, Аня или Рома.
Да и милый папа два года назад вошел в отцовство. А он никогда не совершал необдуманных поступков.
