В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
Она еще сильно торопилась, сучка! Точно она! Больше некому!
И мотивчик есть. Веселенький такой. Ревность называется. Я сам сегодня с ума чуть не двинулся.
Стоя в стороне, быстро набираю эсэмэску Маценову.
— Вместе с Арсановой срочно в Приморск.
— Так она в больнице, Матвей Александрович. Нервный срыв.
«Да ну?» — усмехаюсь мысленно. Никто особо кошмарами не страдал. Ни Криста, ни ребенок. Обо мне и говорить не приходится. А моя железная леди вдруг сломалась. Нет! Так не бывает!
— Около палаты поставь охрану, — настоятельно прошу Маценова.
По трапу нарочито бодро сходят сотрудники СК и полицейские. О чем-то переговариваются между собой.
— Хороший был заряд в тротиловом эквиваленте. Все разнесло к чертовой бабушке.
Молча стою. Наблюдаю. Не время и не место соваться к этим людям. Все равно ничего не ответят.
Провожаю взглядом молодых дознавателей, торжественно сгружающих с катерка прозрачные целлофановые пакеты с мокрой мелкой щепой.
Все коту под хвост! Знать бы еще, какая сука заказала?
Даже если взрывчатку на борт пронесла Оксана, за ней должен кто-то стоять.
Глаз останавливается на последних прозрачных пакетах. Опять щепки, какой-то мусор или тряпки! Нет сил гадать, что это было раньше.
— Команду нашли? — спрашиваю майора, спускающегося с катерка последним. Что-то в его лице угадывается знакомое.
— Нет, — почти сквозь зубы отвечает он. — Ищем, Шерша. Ищем. Водолазы еще проводят поиски. Видимо, течением отнесло.
Всматриваюсь в лицо.
— Коля-боцман? — спрашиваю, улыбаясь.
— Ну, а кто еще? — вздыхает он, раскрывая объятия. — Как сам? Говорят, женился?
— Ага, — усмехаюсь я, тут же вспоминая взрыв на яхте, вероломную жену и памятник брату.
— Ну, хорошо хоть уцелели, — кивает важно мой старый товарищ по бассейну.
— Я тут на днях тренера вспоминал, — брякаю некстати.
— А он о тебе всегда помнит, Шерша. Зашел бы к старику, что ли?
— Адрес дашь. Или со мной…
— Диктуй телефон. Я завтра в отгуле. Можем вечером съездить. Старик обрадуется.
Да и я отвлекусь от той жути, что сейчас творится в моей жизни.
«Хоть пойму, что делать дальше», — думаю я, отбивая Колин входящий.
