Именно такого плана моё мнение о женщинах и стало моим упущением и роковой ошибкой. Я давно стал мерить женщин по одному прототипу и подобию Ники и моей покойной матери.
Светлана же была женщиной, что выбивалась из привычного мне вида.
Ситуация с сыном и Светланой может изрядно подпортить мою репутацию и дать прекрасную возможность моим врагам, чтобы они могли начать манипулировать мной.
Даже рассмотрев самый худший вариант, я всё равно никогда не соглашусь быть марионеткой в чьих-то грязных руках и гнилых играх. Правда, мне совсем не хочется однажды оказаться в кресле, которое загорится и взорвётся подо мной.
А Света может своей лёгкой рукой ненароком запустить это проклятый механизм.
Эта глупая женщина даже не понимает, как много желающих меня уничтожить.
Не скажу, что я боюсь смерти. Нет, вовсе нет. Но вот Филипп…
Света своими действиями может причинить вред не столько мне, сколько ребёнку.
Сказать по правде, меня даже восхищало то, что Светлана не сдаётся. Определённо, ни моя собственная мать, ни Ника никогда не были так преданы мне, как эта женщина предана своему сыну.
Значит, как бы мне этого не хотелось, но мне придётся сблизиться с ней.
Неприятный момент состоял в том, что она мне понравилась. Понравилась и внешне и своим внутренним стержнем.
Она – хороший человек, в этом нет никаких сомнений.
А ещё, когда она повысила на меня голос и едва не швырнула документы мне в лицо, я вдруг захотел её. Я не понимал этого, потому что Света не принадлежала к тому типу женщин, что меня привлекали. Но у неё было кое-что, чего я не видел и не встречал уже очень давно: преданность, внутренняя сила, харизма, и серо-зелёные глаза, которые притягивали, чтобы растворить в себе.
Мне не хотелось бы от неё избавляться. Места, не столь отдалённые, точно не для неё. Я бы не хотел до этого опускаться. Всё-таки, она слабая женщина.
Но при этом, Света становилась для меня достаточно большой угрозой. Она может пойти на телевидение и начать настаивать на своей правоте.
У меня ведь нет отказа от её имени.
Опытные специалисты быстро разберутся в ситуации и определят, что дети были «перепутаны».
Эксгумация тела, а затем ДНК мёртвого малыша, скорее всего, дадут ответ, что в земле лежал мой ребёнок…
И тогда, общественность всколыхнётся. Не спасут положение ни мои деньги, ни мой статус. Враги же с радостью воспользуются этой ситуацией. Но самое страшное то, что я потеряю сына.
Мне не хотелось сделать глупость. Нужно рассмотреть ещё один вариант.
