Зима 1943 года. Во время отхода на самолете капитана Беркута и его отряда оказались в окружении противника Штубера. Они вынуждены защищать плацдарм, где царит жестокая борьба за выживание среди истерзанных тел. На переднем крае войны разворачивается напряженная драма о судьбе солдат.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «До последнего солдата» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Зима 1943 года. Во время отхода на самолете капитана Беркута и его отряда оказались в окружении противника Штубера. Они вынуждены защищать плацдарм, где царит жестокая борьба за выживание среди истерзанных тел. На переднем крае войны разворачивается напряженная драма о судьбе солдат.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Зима 1943 года. Во время отхода на самолете капитана Беркута и его отряда оказались в окружении противника Штубера. Они вынуждены защищать плацдарм, где царит жестокая борьба за выживание среди истерзанных тел. На переднем крае войны разворачивается напряженная драма о судьбе солдат.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Может, не в ту степь крутил, барышня петербургская? — усомнился Мальчевский.
Все трое с тоской посмотрели на сереющий сразу за белой полосой правый берег. Каждый из них понимал: пока связь действовала, гарнизон каменоломен оставался частью действующей армии. Что-то можно было узнать, на что-то рассчитывать. А главное, в штабе дивизии могли знать, что они все еще в строю. А потеряв связь, в штабе дивизии уже завтра в этом усомнятся.
— Вот что, связист: о том, что связь с тем берегом опять потеряна — никому ни слова. До поры.
— Понял, товарищ капитан.
— Зато связь между штольнями должна действовать безотказно. Иначе противник расчленит нас по каменоломням.
— А может запустить его по кабельку через реку? — предложил Мальчевский. — До штаба доползет — еще понятливее станет, грыжа Лжедмитрия второго.
Когда Беркут прибыл в свою штабную комнатку, там его уже ждал рядовой Зотов. Это был приземистый крепыш, с головой, посаженной прямо на широкие, слегка обвисающие плечи, и со сломанным, слегка вздернутым носом.
— Я на заставе дежурил, товарищ капитан, как раз в том месте, где вы офицера германского отпустили, и вот, — высунул он из рукава шинели кулак, в котором была зажата бумажка, — подбросили. Окликнули и перебросили в консервной банке, через скальный гребень.
— Проверенный способ. Давно перебросили?
— Полчаса назад. Мальчевский предупредил меня, что германец может передать записку и чтобы я о ней никому…
— Не такая уж это тайна, — как можно безразличнее молвил капитан, вспомнив однако предостережение и Коруна, и майора Урченина, — хотя, как ты понимаешь, распространяться о записке не стоит.
— Мальчевский потому и назначил меня в заставу, как раз на том месте, что уверен был: за мной — могила.
«Увожу своих солдат утром, — прочел капитан. — Ваши силы командованию известны. Роту сменит свежее подразделение и взвод русской полиции. Таким образом, перемирие завершено. Я свое слово сдержал. До встречи в послевоенной Германии».
Беркута удивила пространность записки. Гауптман вполне мог ограничиться сообщением об уходе его роты. Но именно то, что германец не ограничился таким лаконичным уведомлением, свидетельствовало о его благородстве. За этой запиской стоял человек, которому не безразлично было, что о нем подумают, как оценят его умение держать слово, даже если оценивать это придется врагу.
