Автор
В офисе турагентства в пятиэтажном здании по Обуховской улице тихо ложится черная завеса: смерть настигает двух клиенток. Календарь — его символические числа — переплетаются с ходом расследования, придавая рассказам неловкую ироничность. Вместе со слезами сотрудников выходит оскальдившаяся история на шесть этажей ниже, где жизнь вступает в полную силу, а смерть — только в миг....
– Ну и кто это? Что же вы молчите?
– Я не могу сказать, что у меня возникла полноценная версия, но поведение одного человека заставило меня более пристально к нему присмотреться.
– Вы говорите какими-то загадками, – нетерпеливо перебила меня Корнилова. – Кто этот человек? Где он работает?
– Здесь, – ответила я. – В ателье.
– Что?! У меня, в «Ирисе»?! – Ольга Николаевна недоверчиво покачала головой. – Это невозможно! Я не знаю, кого вы имеете в виду, но уверена, что вы ошибаетесь.
– А кого вы имеете в виду? – поинтересовалась Наталья Петровна.
– Николая Мазурова.
У Корниловой на лице появилось такое выражение, будто я нанесла ей личное оскорбление. Зато во взгляде ее подруги читалось: «И как это я сама не догадалась насчет твоего техника?»
– Значит, по-вашему, это Мазуров, – процедила сквозь зубы моя работодательница. – Аргументируйте, пожалуйста, ваше смелое заявление!
– Хорошо. В пятницу, в рабочее время, я встретила Николая этажом ниже. Увидев меня, он повел себя так, будто я застала его на месте преступления.
– А именно? Конкретизируйте, пожалуйста! Лично я не представляю, как ведут себя люди, застигнутые на месте преступления.
– Николай опрометью бросился к лестнице, а чуть позже подкараулил меня в коридоре ателье и принялся передо мной оправдываться.
– Да? И что же он вам сказал?
– Мазуров попытался убедить меня, что его очень волнуют вопросы безопасности, причем не только в ателье, но и во всем здании, поэтому он якобы решил проинспектировать все этажи и даже обнаружил на третьем просроченный огнетушитель.
– Ну и что в этом подозрительного? – Корнилова заметно расслабилась. – Между прочим, Николай Михайлович – ответственный за противопожарную безопасность, и я как раз в пятницу спросила его, все ли у нас в порядке. Свободен ли запасной выход или женщины опять завалили его коробками? Пригодны ли к использованию огнетушители, не надо ли их заменить? Согласна, Мазуров несколько перестарался, вышел за отведенные ему рамки. Но разве можно строить на этом незначительном факте такие серьезные подозрения?
– Только на этом – нельзя, – согласилась я, – но есть и кое-что еще.
– Во сколько это было? – уточнила Бережковская.
– Около девяти вечера.
– Меня в это время здесь уже не было. Мы закрылись в половине седьмого. Клиентов тоже не было. Оля, а ведь твое ателье по воскресеньям не работает, так?
– Не работает, – подтвердила Корнилова.
