В закрытом от посторонних глаз отстойнике, старик-бродяга с набитым до краев толком рюкзаком сохраняет свою нищенскую жизнь. Уживающийся среди мимолетных впечатлений и разрозненных воспоминаний, он держит привычную шапку в руке, отражаясь в холодном зеркале металлической решётки прохода....
Он пытался найти его, но ни мобильный, ни домашний телефоны подполковника не отвечали.
Тогда Бобров позвонил домой Грыжину:
— Где черти носят вашего детектива? Он мне позарез нужен.
— Ты на меня, полковник не наезжай, — ответил генерал басом. — Мне Ерожин не подчиняется. Он мой начальник, и я не могу ему приказать сидеть и ждать твоего звонка.
— Извините, Иван Григорьевич, но тут убийство. Я Ерожина час назад видел и сам виноват, что отпустил. Он мне очень нужен.
Помогите отыскать. Он вас послушается, — сменил Бобров приказной тон на просительный.
— Вот это другой разговор, — смягчился генерал. — Попробую. Но Петро только сегодня вернулся в Москву, и мы еще не встречались. Не знаю его планов.
Никита Васильевич поблагодарил и вызвал своих ребят на совещание. Волков доложил о принятых мерах:
— Все службы уже задействованы, но результатов пока нет.
О том, что результатов пока нет, Бобров знал и сам.
— Возьми, Тимофей, Курский вокзал под личное наблюдение. Побоится он самолетом лететь. Поездом легче улизнуть.
Совещание прервал звонок министра. Услышав, что пока убийца знаменитого маэстро не найден, министр приказал усилить работу и связаться с посольством Грузии в Москве:
— Пускай свои службы тоже подключают.
Много толку от них не будет, но дипломатию соблюдем.
— Слушаюсь, товарищ министр, — без особого энтузиазма ответил Бобров и обещал генералу держать его в курсе дела.
Первое сообщение, прибавившее Никите Васильевичу оптимизма, поступило не из Курского вокзала, а именно из аэропорта Домодедово. Человек с фамилией Ахалшвили пытался купить билет на тбилисский рейс. Но поведение кассирши показалось ему подозрительным, он выхватил у нее из рук свой паспорт и смешался с толпой. Бобров вызвал машину и с оперативной группой помчался в аэропорт. Полковник не любил быстрой езды, но сегодня сам торопил водителя;
— Что ты, Коля, тащишься, как трактор?
Прибавь.
В Домодедово Никита Васильевич собрал руководителей всех силовых служб и велел прочесать все вокруг аэропорта:
— Обыщите все закоулки. Ахалшвили мог выбросить свои вещи, если понял, что в капкане, — потребовал Бобров.
