В заднем сидении старенького «Ниссана» летели только мысли: ли увечье оставляет хоть какой-то шанс на спасение, а метка чужака – никакого. Ангелина искала верный хит в телефоне плейлиста, отражающий ход ее мыслей, в то время как я, чертовым супергероем для нее, молчал.
Я втянула носом запах: пряный мускус, нотка табака и сладкая корица.
Когда мы с чужаком пересеклись взглядом, я оцепенела. В его карамельно-янтарных глазах плавилось солнце, дрожали звезды и взрывались миллиарды галактик. В них сейчас было нечто более зрелое, древнее и спокойное, чем я привыкла видеть в ловушке. Сейчас его суть – безмятежная глубина космоса и безмолвие вселенной.
Он склонился ко мне, положив на дверцу запястья. На его правой кисти, до кончиков большого и указательного пальцев вился узор из серебристо-черных символов.
Я повела взглядом выше, с большим изумлением разглядывая подвеску. Это была двухрублевая монета с изображением Юрия Гагарина.
… это просто… нет слов…
И снова наши взгляды встретились. Они столкнулись – упрямо, мощно, бескопромиссно.
Я желала жить. Он жаждал моей смерти.
– Я могу дослушать песню? – я все еще сжимала руль.
Машина заведена, я могу попросту тронуться с места и ехать до потери пульса, но правда неизменна – чужак найдет меня, где угодно.
– Только не эту.
До меня не сразу доходит смысл сказанного – мне, вообще, невероятно это слышать. Да я просто обалдела!
Дрожащей рукой кручу бегунок, выбирая другую песню. У меня есть хотя бы пара минут? Я буду жить, пока играет музыка?
– Послушаем Адель, – охрипшим от волнения голосом сказала я. – «Подожги дождь».
Этот трек самый длинный и длится семь минут и семь секунд – годится.
Я облокачиваюсь на спинку сидения, зажимая дрожащие ладони между колен. Свет фар вычерчивает дорогу, ветер метет влажные от снега листья, бьется о безликие скелеты домов.
– Красиво, – вырывается у меня, и я поднимаю глаза к небу.
В ночном мраке сияют звезды. В непроницаемой глубине рождаются и умирают цивилизации…
… а мы тут.
Только мы – жертва и палач.
– Еще немного… пожалуйста… – я кусаю губы, понимая, что прекрасный голос певицы оборвется.
Мне больше нечего терять, но я, как никогда, хочу жить. Хочу ловить губами суровый осенний ветер. Хочу ощущать его между пальцев, на коже, в волосах.
Еще двадцать секунд… десять… пять…
– Есть еще одна… – я заглядываю в глаза чужаку: – Хочешь послушать?
Его гипнотический взгляд не меняется – такой же густой и спокойный.
– Попробуй удивить меня.
Я совершенно не знаю, какие песни записаны в этом плейлисте, но судорожно ищу что-то особенное. Эта задача заставляет меня покрыться холодным потом.
И я нахожу.
Пожалуй, трудно недооценить этот выбор.
– «Песня Земли». Майкл Джексон.
