С тех пор как попала в ковидный госпиталь, она начала понимать масштабы собственного одиночества и беспомощности. Однако сейчас она чувствует себя еще хуже — словно на крыше скорого поезда без управления, не имеющая ни малейшей возможности что-либо изменить в предстоящей опасности....
Признаться, при последнем разговоре мы наговорили друг другу много обидных и резких слов, так что вернуться к прежним отношениям было уже совершенно точно невозможно. Как говорит в таких случаях Сашкин Фома, «фарш невозможно провернуть назад». Кроме того, даже в самый разгар наших отношений Никита практически никогда не дарил мне цветов. Я от силы пару раз могла вспомнить, когда он приходил с букетом, и Сашка это прекрасно знала, просто разводила меня на откровенность, хитрюга.
– Нет, с Никитой я не помирилась, – покачала головой я, решив не поддаваться на провокацию.
– Его машину так и не нашли? – Сашка милостиво сменила тему.
– Нет пока, – покачала головой я. – Но он не теряет надежды.
Пока я ехала на работу, в сумке зазвонил телефон. Обычно именно в это время появлялся Миронов, тоже ехавший в офис. Полчаса по громкой связи уже вошли в привычку и повышали настроение.
– Да, Виталик, – сказала я, нажав кнопку на руле и даже не бросив взгляд на панель.
В трубке воцарилось молчание, которое вполне можно было счесть проявлением замешательства, а потом послышался голоc Говорова.
– Не знаю, кого ты ожидала услышать, но это всего лишь я.
Так, не к добру Сашка сегодня вспомнила Никиту за завтраком. Ой не к добру.
– Извини, не посмотрела, кто звонит. Доброе утро, – сказала я, слегка оправившись от изумления. – У тебя какое-то дело?
– Нет, никаких дел, – отозвался он.
– Нормально дела. Я работаю, Сашка поступила в институт, Натка вышла замуж и занимается процедурой удочерения ребенка из детского дома. Правда, я не уверена, что тебе все эти новости интересны.
– Лена, ну я же тебе не враг.
– И не друг, и не враг, а так, – согласилась я.
– Может, сходим куда-нибудь?
В разговор стали вклиниваться гудки. Кто-то звонил по второй линии. Виталий. Мне вдруг стало очень жалко времени, которое я трачу на Говорова вместо того, чтобы получить ставшую привычной утреннюю порцию хорошего настроения.
– Никит, у меня правда очень много работы, да и семейных дел полно. Так что давай, пока, встретимся в суде.
Не дожидаясь ответа, я отключилась и тут же нажала на кнопку, переключаясь на вторую линию.
– Лена, доброе утро, – услышала я жизнерадостный голос Миронова.
Этот человек постоянно излучал оптимизм, такая у него была особенность.
