Автор
Андрей погружается в глубокую задумчивость, размышляя о древних традициях. Его взор нежно смотрит в стакан с вином, перед глазами мелькают картины из далекого прошлого. Вопрос Ромы заставляет зазвенеть сердце — на этот раз не шутки.
Это искренне, но и кое-что мы друг от друга тоже хотим.
Мы были бы дураками, считая, что греки сделают всё, а потом будут бесконечно ждать обещанных благодарностей. Нет. Работать должны и мы тоже. Уже.
Мои помощники, партийные юристы с полевиками вовсю трудятся. Конечно, Лазурный берег мы здесь при всем желании не сделаем, но пролоббировать парочку дорог, незначительные изменения в правилах застройки береговой, где-то льготу выбить, где-то подмочь с грантом – почему нет?
Главный вопрос Петра – это обновленный водоподвод в его поселок.
На террасу Кали Нихта выходит Димитрий Шамли. Он мужик взрослый, видно, что не дурак, но очень зависимый от старосты Меланфии. Из тех, кто тише едет – дальше будет. Но это официально, а неофициально ему, конечно, хотелось бы взлететь повыше.
Не зря так старался, принимая старост. Я все заметил. Я внимательный.
Немного разволновавшись от вида незванных гостей, Шамли спешно надевает на лицо радушие. Раскрыв руки и широко улыбаясь, выходит нам навстречу.
– Какие дорогие гости на обед к нам приехали! Кирие Петр, кирие Андрей.
Мы пожимаем друг другу руки. Я дергаю уголками губ вверх, но быстро увожу взгляд на террасу.
Прощаясь со мной тем вечером, Шамли клялся, что виновница моей испорченной рубашки получит сполна. После шестого повторения, что меня это не интересует, я просто попросил девочку не увольнять.
Сегодня – проверка на договороспособность. Послушал или...
Среди шмыгающих между столиками тонких фигур меня интересует наличие одной.
Проезжаюсь взглядом, как будто проверяя на предмет физических увечий. Но это бессмысленно. Надеюсь, взрослых девок тут уже не бьют, потому что в мое время бывало всякое.
Возвращаюсь к лицу. Она сосредоточено принимает чей-то заказ. Кивает и вписывает в записную книжку. Профессионалка, блин. И сам не знаю, почему иронизирую.
Cразу же видно, что хорошая. Совестливая. И послушная.
То ли чувствует взгляд, то ли так совпадает, но дергает головой и пересекаемся.
Узнает. Пугается. Уводит.
Возвращается к парочке туристов, а я зачем-то считаю слегка ускорившееся девичье дыхание.
Не бойся, ладно уж. Я не враг.
– Очень благодарны, Андрей, что выбрали нас еще раз.
Это говорит мне Шамли, потому что Петр успел порадовать хозяина, что в Кали Нихта напросился я.
Снова дергаю губы вверх.
Поднимаемся вслед за хозяином на террасу.
– Для дорогих гостей лучший столик! – Шамли произносит пафосно и гордо.
