Бабы потом говорили, что кто-то видел мальчонку в лесной гати, прямиком возле Гиблых болот.
Знала бы Валентина Степановна, что память о той детской подлости не даст ей спокойно жить на свете – за руку бы отвела Вовку к отцу и в ногах вывалялась, упрашивая простить. По молодости, за суетой дел, вроде бы и нечасто вспоминала Вовку, а к старости – хоть головой о стенку бейся – стоит перед глазами со своими рыжими волосами и кривенько так улыбается: мол, еще неизвестно, кому, ты, Валентина Степановна, хуже сделала, мне или себе. У старых грехов длинные тени.
Столько лет прошло, столько свечей за здравие того Вовки поставлено, а душит совесть, спать, пить, есть не дает, молотком стучит в виски, поднимая кровяное давление. Вот и внучка, Аглая, оказалась – копия Вовка, наверняка, чтобы еще больше душу разбередить.
С коротким стуком в дверь купе заглянула проводница:
– Чаю не желаете?
– Нет, спасибо.
Потерев рукой лоб, Валентина Степановна задохнулась от мысли, что невестка – Аглаи-на мать – Владимировна. Неужели? Не может быть! Не в силах сдержать стон, она поднялась и вышла в коридор. Хлещущий в лицо ветер из полуоткрытой форточки помог ей не потерять сознание. Надо бы разузнать точно, но спросить теперь не у кого, потому что невесткины родители умерли, а Вовкину фамилию она не помнила.
Прямо с вокзала, едва забежав домой, Валентина Степановна отправилась к нотариусу и отписала квартиру на Аглаю, чтобы хоть этим поступком искупить свою давнюю вину.
* * *"
"«Счастья нельзя дождаться, но можно научиться его понимать», – подумала Аглая и вторым витком обмотала шарф вокруг капюшона. Одна варежка сорвалась с руки, и ледяной ветер сразу же забрался в рукав. Аглая поймала губами колючую снежинку и засмеялась. Дома, деревья, рваные облака, сквозь которые летел месяц, – все неслось вскачь на белой снежной карусели. Крутыми спиралями вверх с дорожки поднималась вьюжная поземка, и в свете фонарей блестело темное зеркало ледяной корки. Рискуя упасть, Аглая прокатилась на скользанке, глубоко оступившись в рыхлый сугроб. Непогода всем хороша – одно плохо: придется отказаться от дневной прогулки и продержать детей в группе. Она порадовалась, что вчера догадалась взять в методкабинете диапроектор и коробку с диафильмами. Удивительный факт, но дети, выросшие на компьютерах, обожают старые рисованные диафильмы. После просмотра диафильма, например, «Три жадных медвежонка» можно будет разыграть сценки и потом слепить фигурки мишек и как раз уложиться в режимный момент, отведенный на прогулку.
Новый порыв ветра разбросал по лицу пряди волос, выбившиеся из-под шапки. Около подъезда зашаркал лопатой дворник.