В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
Света разлила по трем чашкам, притаившимся в термосе, огненный черный напиток и каждому из детей вручила чашку и бутерброд.
— Быстро ешьте и идите, — скомандовала Люба, а затем окликнула мужчин.
Застолье вышло недолгим. Да и что там пить на пять человек. Павка с заговорщицким видом вытащил из кармана куртки потертые медицинские пластмассовые мензурки и разлил в них водку. Одну мензурку протянул Свете. Она отказалась.
— Я водку не пью, — искренне повинилась она, про себя подумав, что и при детях не комильфо.
— Это точно твоя жена? — усмехнулся участковый.
— Нет, — скривился Гаранин. — Прибилась тут одна.
Все засмеялись шутке, а Света почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. От обиды, от злости, от беспомощности.
«Не дергайся, Светланка, — словно услышала она родной голос. — Все против твоего возвращения. Неспокойно сейчас. Пусть Сеня мелет что вздумается. Главное пока не высовываться. Пользуйся ситуацией».
— К тебе же все время кто-то прибивается, милый, — невинно вставила она, огладив Арсения по плечу.
— Да-а, обломался ты, Дергайкин! — загоготал Павка.
— Все! Послабление режима закончилось, — захихикал Назаров. — Как вы его вообще одного в наши края отпустили?"
"— Сенечка просился в тишине пожить, — развела руками Светлана. — Подумать! Кто же знал, что он тут так хорошо устроится?
Назаров захохотал, а Арсений, еле сдерживаясь, глянул на него пристально и осведомился ехидно:
— А ты уже все деревни объехал, Аркадий Васильевич? А то гляди, в своей избушке и заночуешь в Назарово.
— Пора, пора, — спохватился участковый и, наскоро засунув в рот разлапистый кусок груздя, заторопился к стоявшему поблизости квадроциклу, оседлал его и умчался прочь.
Павка задумчиво глянул ему вслед и пробормотал недовольно:
— И так понятно, зачем турист этот на Кобыльем ошивался.
— Такой регламент, — пожал плечами Гаранин. — Все версии отрабатывают.
— Версия на самом деле одна, — насупился Павка. — Аркашка важничает и хочет показать, что не зря штаны в кабинете просиживает. Потом отчитаются, что предотвратили попытку взлома и что-нибудь про доблестного Бабая, установившего крепкие замки.
Гаранин ничего не ответил, лишь скривился.
