В Доме у воды ждет читатель невероятное приключение: встретите закутанную в шawl девчонку и дружелюбного лыжника, который готов на все ради тишины своего уголка. В окна стекольщика глядят толпа туристов — каждый день это их повседневный снегопад. Ваше путешествие начинается здесь, где мир вне дверей и внутри каждого сердца....
— Может, добрее станет, а?
— Сомневаюсь, — пробурчал Генка и покосился на окно, из которого прекрасно просматривался двор, Надежда в накинутом на плечи тулупчике и Олеська, прыгающая вокруг Светланы, в старых латаных валенках.
— Украсть ее надо, — яростно прошептал Генка, махнув рукой в сторону окна. — И потребовать выкуп.
— Кого украсть? — пьяненько изумился Петька и на всякий случай уточнил: — Олеську?
— Околеську, твою мать, — ругнулся Генка в нетерпении. — Светлану эту. Арсений тогда точно шелковым станет.
Глава 9
— А сапоги Олеськины зачем прихватила? — удивился Гаранин, показывая на кулек с детской обувкой. — Они теперь никуда не денутся. Драные Надька точно не пропьет.
— Даже и не подумала об этом, — отрезала Света, разуваясь, и сразу прошла на кухню, а оттуда в зал. Гаранин, как привязанный, поплелся следом. Помог снять комбинезон, заодно и облапив его обладательницу.
— Пойдем спать, маленькая, — прохрипел над ухом. — Я тебя согрею.
— Мне не холодно, — пробормотала Света, отодвигаясь.
— И как же ты до Крушинина доберешься? — осклабился он. — Я уже про Зарецк молчу.
— Пешком, а там на автобусе до Зарецка, — отмахнулась она. — Подумаешь!
— Ты и дорогу-то не знаешь, — попытался вразумить ее Арсений. — В лесу заблудишься.
— А я по прямой через озеро, — деланно улыбнулась Света. — И в лесу тропинку найду. Мне Лена с Вадимом кроку нарисовали.
— Кроку! — важно протянул Гаранин.
— Ты вообще много чего не знаешь, — мотнула головой она."
"— Расскажи, — миролюбиво предложил Арсений и полез целоваться. Но тут же напоролся на острый локоток, выставленный вперед.
— Нет, — яростно прошептала Света и глянула на него в упор.
— Уверена? — прорычал он, нависая.
— Представь себе, — процедила она и кивнула великосветски. — Спокойной ночи.
Этот тон и высокомерный взгляд взбесили Гаранина, но он, сдержавшись, отступил в сторону.
— Ты только ночью не срывайся в Зарецк, ладно? — попросил примирительно. — Если к утру не передумаешь, я отвезу. Никого насильно держать не собираюсь.
— Спасибо, — пробормотала Света и отвернулась, чтобы скрыть слезы.
— Я спать, — пробубнил Арсений и затопал на выход, но около самой двери задержался и предложил:- Хочешь, массаж сделаю?
— Нет, спасибо, — бросила она и достала с полки картонную коробку с рукоделием. — Мне есть чем заняться.
